Вот вы на пороге, снимаете с плеч рюкзак и небрежно кидаете к ближайшей стене, потом снимаете куртку и кладёте на стул. В отражении их тоже нет. На меня опять глядит близняшка со своей неестественной красотой. К чертям собачьим, накину на зеркала тряпки!

Часть 1
«День 1. 3 октября»
Звон раздался неожиданно. Я вздрогнула от резкого звука и выбралась из полумрака мыслей, сразу же забыв, о чём долго думала. Это он, Дима, мой сын. Такой звонок не перепутать ни с чем. Как люди обычно нажимают на кнопку: несколько быстрых движений пальца туда и обратно, или просто одиночное нажатие, что даже порой и не сразу поймёшь, не показалось ли тебе это. Дима же до упора вдавливает её и держит несколько секунд. Звучание проносится по всей квартире, ударяясь о стены, и после испаряется в воздухе.
***
Представьте, что вы - хозяин, а точнее сын хозяйки этой квартиры. Вот вы на пороге, снимаете с плеч рюкзак и небрежно кидаете к ближайшей стене, потом снимаете куртку и кладёте на стул. Затем, не развязывая шнурков, скидываете обувь.
По правую руку - ваша комната, чуть далее по коридору на полке расположился старенький телефон, напротив- ванная комната. Вас с радостью встречает мама, не пытаясь скрыть улыбки. Бытовые разговоры с ней, и вы идёте вперёд по коридору. Десять шагов и уже в ванне. Странная привычка- вы тщательно умываете лицо, несколько секунд пристально вглядываясь в своё отражение и в конце тяжело вздыхая. Слегка ополоснув руки, стремглав чуть ли не бежите на кухню. Кухонное помещение находится в нескольких шагах по левую сторону при выходе из ванной. Быстро расправившись с обедом и просидев за столом более часа в приятном диалоге, посещаете уборную, и после, не торопясь, уходите в большую комнату напротив кухни.
У правой стены ютится расправленный диван, на сегодня - чуть ли не музейный экспонат. Вы садитесь на одно из невероятно удобных кресел, находящихся по обеим сторонам от дивана. Им уже больше десятка лет. Раритеты тёмно-зелёного цвета, похожи на стулья с деревянными подлокотниками и мягкой спинкой, переходящей в сидушку. Явно не получая удовольствия от того, что сразу не включили телевизор, спрыгиваете с кресла и нажимаете на «пуск» телеприёмника «Электрон». По углам расставлены две обшарпанные старомодные тумбы с зеркалами. На стенах обычные бумажные обои когда-то давно чистого белого цвета, с узорами в виде многогранников. Просмотрев телевизор достаточно долгое время и успев сидя вздремнуть, вы выходите на балкон, находящийся напротив комнатной двери. Кстати говоря, тот тесный как автобус в Китае.
Замечательные пейзажи, виды на озеро, особенно красивые закаты на том берегу - главные причины хождения сюда каждый вечер. Для вас есть в закате огромная успокаивающая сила - пламенный шар, будто тонущий в озере. Он переливается в волнах, становится краснее по мере ухода за горизонт. Людей не замечаете, в такие моменты светило кажется самым величественным, по крайней мере в ваших глазах. Оно словно уходит навсегда. Без солнца людям станет не то что не комфортно, они исчезнут с лица Земли. Ну что же, пора с горем пополам делать уроки, ужинать и спать.
Так обычно и проходит будничный день этого члена семьи. Я жму вам руку, уважаемый читатель, не каждый примерит такую довольно скучную роль.
***
На кухне на облезлом деревянном стуле почти неподвижно сидит женщина лет сорока и чего-то ждёт. Старый осиновый стол уже накрыт для обеда. Она в домашнем халате чёрного цвета, различные жёлтые и зеленоватые узоры подчёркивают её не подвластную времени, довольно красивую фигуру. Вдруг Лида вздрагивает как после пробуждения от страшного сна, направляется в коридор, и идёт дальше, к главной двери квартиры. За ней стоит мальчишка не больше десяти лет с портфелем за спиной и в старомодной куртке серого цвета. Сын возвратился домой.
***
Он вернулся раньше, чем обычно. Оказалось, что проходил внеклассный урок, на котором ученики писали сочинение на свободную тему. Сын всегда хорошо пишет сочинения, но оценку часто снижает учитель, не воспринимает его стремление всё описать слишком подробно. Мне кажется такая черта его написания оригинальной и более чем нужной. Дима в этот раз написал про веру в происходящее вокруг, что-то вроде силы самовнушения. Он пришёл каким-то замученным и уставшим. Глаза потухшие, словно неживые. Явно что-то случилось плохое, я всегда безошибочно это определяю. Не стану допрашивать его, будет только хуже, уж я то знаю.
Сегодня на обед я приготовила мясо по-французски. Не назову себя гурманом, но люблю экспериментировать в виде новых блюд в домашнем меню. Удивительно, но в голову пришла мысль, что кухня выглядит нестандартно в сравнении со всей жилой площадью. Маленькое помещение размерами менее восьми квадратных метров, забитое кухонным гарнитуром, столом, плитой, холодильником, стиральной машиной. Парадокс, но это самое заставленное помещение и в то же время самое крохотное. Не успел этот поток мыслей пронестись в мозгу, как Дима уже поблагодарил меня и ушёл смотреть телевизор в большую комнату, я же как обычно промолвила свою незамысловатую фразу в ответ.
-Спасибо, мам.
-На здоровье.
***
Меньше десятка шагов по коридору, который напоминает какой-то одинокий тоннель со старыми бледно- жёлтыми обоями в трудно различимых узорах.
Дима расположился на мягком коричневом кресле. На лице уже не читается та измученность, кажется, у него теперь всё наладилось, это хорошо. На экране какой-то пижон, переигрывая, признаётся в любви расфуфыренной даме, чересчур нагримированной. Почему же они так фальшивят? На телевизоре времён советского союза это выглядит отвратительно, две не сочетаемые вещи. Если налить в половину бокала яда половину коньяка, то ядовитые змеиные свойства нейтрализуются, останется только одно- алкоголь. В этом нет смысла, как то, что показывают на экране, затмевает сам ящик. Наверно я уже слишком стара, совковые и стереотипные размышления порой делают из меня зануду.
Мне противны люди по ту сторону экрана. Необъяснимое чувство, я пока что не в силах его понять. Сейчас я смотрю на них как на знакомых людей. Где я их видела?
-Дима, ты не знаешь, где я могла видеть эту парочку? Она тебе не кажется знакомой?
-Эмм что-то я не пойму. В другом фильме или как?
-Не знаю даже. Я будто узнаю эти лица.
-Эхх, мама. Отдохни, расслабься. От сидения дома голова всегда ватная, прогуляйся что ли- с привычным лёгким недовольством сказал сынок. С годами этот упрёк с его стороны становится гораздо больше, порой выкидываю подобные штучки. Что он хочет? Разум уже не тот, что двадцать лет назад.
Я задумчиво ответила:
-Ты прав.
-Хотя бы раз с соседями пообщалась. Всё просто- торт и чай, у нас или у них. Живут за стенкой, в одном «кармане», ё-маё.
-Нет, однозначно. Не хочу принимать гостей в таком позорище, скажут ещё- бедняки. Вот если бы маломальский ремонт. Даже погляди на обои.
-Не в этом причина, далеко не в этом.
-Нет-нет, Дима, именно так.
Он не стал возражать, лишь спокойно уставился в экран.
Уже с ума схожу. Ведь правда, целыми днями дома, уже счёт времени потеряла. Просто недостаток информации. Ещё мужинёк рассказывал, как у него стрелял сигареты какой-то парень, которого не существовало. Сидит значит, на блокпосту, у них тогда многих бойцов несколько дней не было, так что его одного в охранники записали, двое суток в одиночестве, на вторую ночь заходит к нему незнакомец, закурить просит, и так раз десять за ночь. Только утром до него дошло, что уже не курит и сигарет при себе не имел. А парнишу в лицо не помнил и во что тот был одет, тоже не помнил. Словно его человек - невидимка навещал. Опять его вспомнила, чёртов козёл, одна только мысль о нём поганит настроение.
Всё-таки отдохнуть стоит. Выехать на природу надо или собаку хотя бы завести, будет вторым лучшим другом ощущение, что соседи только ходят на работу, вижу их раз в неделю. Другие люди, не схожая с нами жизнь
***
-Лидия слышишь меня?
-Александр?- глаза распахнулись от удивления, но больше от непреодолимого страха.
Cмотрю в потолок и не в силах подняться с дивана или перевести взгляд на него. Тело будто сковало, сердце заколотилось в бешеном ритме, мне не хватает воздуха. Я схватилась за грудь левой рукой, чувствуя давящую боль. Последний раз сердце так билось очень давно, когда только влюбилась в Александра. Стоило только встретиться нашим взглядам, мотор в грудной клетке начинал свой вопль эйфории. Любовь была прекрасна как большая красная фигура в детских мультфильмах или в открытке на День Святого Валентина. Сейчас же понимаю, фигура –не пылающее сердце чёртовых любовных отношений, а окровавленный орган внутри, больше похожий на пульсирующее чудовище, пытающиеся вырваться из тела.
Закрываю глаза, медлительно поднимаюсь со спины и вот сижу напротив телевизора.
Я сплю, точно, кошмарный сон. Сейчас я открою глаза и проснусь. Насчёт три.
-Чего ты боишься? Мы же так давно не виделись - голос показался то ли наигранным, то ли злорадствующим, наверно всё вместе.
-Этого нет, оставь меня, сволочь! Уйди из моей головы, навсегда! Навсегда!
Вдох-выдох, вдох-выдох. Я резко поднимаю веки. Худшие опасения подтвердились: во весь экран смотрит симпатичный брюнет с голубыми глазами. Волосы зачёсаны назад, подбородок усыпан щетиной.
Телевизор находится в фокусе, остальное размыто, вокруг неузнаваемые нечёткие образы. Слева какой-то человек в чёрном плаще то ли жмёт руку мужчине в тёмно-оранжевом костюме, то ли что-то передаёт. Справа мы с мужем целуемся на набережной.
Александр сейчас молод как много лет назад. И опять умиляюсь от этих глаз, они словно гипнотизируют.
-Почему же ты так поступил со мной? Неужели она лучше меня?
-Ничем, уверяю тебя. Я был дураком, но я изменился. К сожалению, слишком поздно осознал, какую прелестную даму я потерял.
Слишком пафосно звучит, точно наигранные слова.
-Поклянись, что больше не покинешь меня. Ты ведь больше не вернёшься к этой шлюхе?
-Конечно нет, даю тебе слово, такого больше не повторится. Наша любовь навеки.
-Я тебе не верю. Почему ты меня обманываешь?
-Зачем мне тебе врать, дура?- лицо мужа показалось самым отвратительным на свете.
Будто не своим голосом:
-Сволочь! Ты мне всегда врал, втихаря бегал к своей проститутке.
Экран стал покрываться белым светом, становясь всё ярче. Бессмысленные образы по сторонам испарились, покрываясь мраком. Свет от огромного ящика ослепительней с каждой секундой. Беспомощно закрываю лицо руками, тело прожигает насквозь. Невыносимая боль, я не в силах сдержать вопль, вырывающийся наружу. Чувствуется, как глазные яблоки сожгло от убийственного прожектора. В голове пронеслась одна мысль - где Дима?
***
На часах половина пятого. Дима крепко спит, растёкшись в кресле, что даже не проснулся от моего вскрика. Спина заныла от резкой боли, когда я с сильным рывком поднялась с дивана. Перед моим взором по другую сторону стеклянной линзы крупным планом рожа того пижона, ухмыляющегося словно надо мной. Симпатичный брюнет с лёгкой щетиной и зачёсанными назад волосами смотрит прямо на меня своей лоснящейся от грима, мордой. Пафосный диалог героев:
-У тебя был шанс остаться со мной, а ты его потеряла. Ты всегда была эгоистичной дурой, с годами ты не меняешься. Да, у меня есть любовница. Дура ты, Мария, дура!
-Уходи прочь из моей жизни!
До чего же глупый фильм. Хватит на сегодня. Так кнопка выключения. Настала мёртвая тишина.
За окном почти стемнело. На балконе веет прохладой, но для начала октября достаточно тепло. Солнце наполовину скрылось за горизонтом. Странная картина: на том берегу разгорелся пожар, слился воедино с ярким полушарием. Людям там явно не до сна в ближайшие несколько суток. Пожар в середине осени выглядит фантастично: пылающий сгусток, выделяющийся среди этого мира грёз, можно сказать, раскрашивающий местные пейзажи. Прямо перед взглядом по ту сторону автомагистрали расположилась обширная лесопарковая зона, плавно переходящая в территорию платного пляжа, где ещё купаются двое мужчин. И не боятся ведь утонуть, уже не удивляешься подобному. Прожив в России большую часть жизни, понимаешь простую вещь: чем тут больше говоришь человеку о его ненормальности, тем он больше и больше подтверждает эту фразу своим поведением. По правую руку дряхлый, но до сих пор посещаемый стадион, готовится ко сну. Влюблённые пары, наверняка с огромным блаженством, сидят на трибунах, обняв друг друга или взявшись за руки. Они наблюдают за небом перед закатом, словно в последний раз. По левую руку лишь ряды двухэтажных домов.
Хаотичность мыслей поражает. Только в редких снах я вижу лицо мужа в деталях, пройдёт час, уже и забыла. Полагаю, такое к лучшему, нет смысла помнить таких паршивых людей, тем более в лицо.
Стемнело. Фонари освещают улицы города. На другом конце озера сильнее разгорается пожарище, занимая всё большую площадь. Да уж, там точно не до сна.
«День 2. 4 октября»
Дима испугал меня, окрикнув из комнаты. Он предупредил, что идёт спать в свою кровать и мигом исчез. Я последовала его примеру. Пролежав долгое время с закрытыми глазами, осознаю бесполезность этого действия.
Мысли вьются мухами в голове. Насколько много чёрных пятен в моей памяти. Педофил, которого я пырнула ножом в живот. Мне было не больше двенадцати лет, он заманил меня в свою квартиру и хотел изнасиловать. Я не понимала, чего он хотел, но почему-то мне это не понравилось, так что убежала на кухню и воткнула в него первый попавшийся острый предмет. Тогда, не осознавая планов этого психа, маленькая девочка сожалела о случившемся, но сейчас при встрече с ним пырнула бы его ещё несколько раз. После вспомнился дворовый хулиган - первая любовь, которому порвала рубашку и подмочила его репутацию. Промелькнули родители, от которых сбежала в другой город в семнадцать лет. Не знаю, живы ли они вообще.
Воспоминания остановились на Александре, на этой скотине. Переломный момент, когда он покинул нашу семью. А ведь верила, что тот самый, тот единственный принц на белом коне. Вот он, стоит во весь рост передо мной, самовлюблённая сволочь. Блондин с длинными волосами и густыми бровями. Физиономия, вызывающая обманчивое доверие своими аристократическими чертами. Тёмно-синяя кожаная жилетка, металлические браслеты на руках с серебристым покрытием, почти обтягивающие чёрные штаны и огромные тёмные кожаные ботинки - настоящий рокер девяностых.
Кромешная тьма, осязаемая и в тоже время недоступная. Не потрогаешь руками, но ощущаешь её присутствие. На миг все мысли залегли в бездну, лишь пустота.
Что-то разрядило вакуум непроглядной темени. Что это может быть? Похоже на какой-то треск. Зачем он пожаловал? Ни с чем несравним, не могу понять, на что похож этот звук. Я поднимаю веки, вижу луну за обтерханным деревянным окном, свечение словно от люминесцентной лампы. Точно! Щелчки, щелчки пальцами, вот что это напоминает. Только в чём их странность? Они меня пугают, но чем? Неимоверно трудно встать, затекли ноги и руки.
Время движется не спеша. Оно остановилось, его вообще нет. Что есть время? Выдуманная человеком единица, мешающая жить. Создаёт иллюзию, что ты его теряешь, что уходит навсегда. И время не лечит, что за глупости? Как может исцелять несуществующая величина?
Я разобралась в своём непонимании: звуки, столь настырно повторяющиеся, более глухие, чем обычно, словно кто-то наигрывает мелодию пальцами за стеной. Иду навстречу этому звучанию. В коридоре щелчки слышны отчётливее, ближе к кухне их почти не слышно. Точно, они доносятся из подъезда, может быть капает что-то.
Двери открылись движением кисти правой руки. За несколько шагов от выхода на лестничную площадку щелчки слышны так отчётливо, что нет сомнений - они оттуда. В квадратном холле выглядываю в подъезд сквозь дверной глазок, свет на этаже включен. Открываю защёлкой выход на лестничную площадку и осматриваюсь. Раздался оглушительный щелчок во весь подъезд, но эхо, как ни странно не последовало, как будто в безвоздушной среде. Света на этаже больше нет. Теперь звуки стали такими же глухими как раньше, и доносящиеся из другого конца квартиры.
-Мама, ты чего делаешь? – резко произнёс Дима.
Я застыла на месте, непроизвольно вскрикнув от неожиданности. Сердце пронзило от лёгкой боли, оно дико забилось.
-Напугал же ты меня. Ты слышал щелчки?
Жуткая картина: словно тень на стене, только не на ней, а перед тобой, зависшая в воздухе. Удивительно, как только создаётся такая оптическая иллюзия?
Тон сменился на спокойный:
-Нет, я спал, дверь громко открыла и ты меня разбудила. Зачем было выходить в подъезд?
-Я слышала звуки вот сейчас, в большой комнате, прислушайся.
-Нету ничего. Мама, всё хорошо? Ты меня пугаешь.
-Переутомилась, всё хорошо. Иди спать, я тоже сейчас лягу.
-Спокойной ночи.
Кто-то следит за мной, пытаются напугать. Паранойя! Попробую уснуть, утро вечера мудренее. Всё- таки беспорядочность мыслей- забавная штука. Вспомнила мелодию, старую, наверное пятидесятилетней давности, Луи Армстронг со своей специфической хрипотой, кусками помню текст: We believe Mose kicked the bucket, we believe Mose kicked the bucket, we believe he's dead..If old man Mose was dead asleep, I did not know . Примерно такие слова в песне, исхожу из моих более менее хороших знаний английского.
***
Маленький паук плетёт будущую ловушку насекомым. Толком не готовые сети, но способные поймать парочку «летучих».
Загадочные щелчки исчезли, луна теперь светит естественно. Одно осталось неизменным - все попытки уснуть тщетны. Половина третьего ночи. Такими темпами скоро рехнусь.
Какого чёрта? Опять звуки, но другие, какое-то бурчание. Внимательно вслушиваюсь, бурчание похоже на шёпот. Звук со стороны телевизора, как же страшно. Спокойней, всего лишь недостаток информации или сильная усталость. Сконцентрировав мысли, вслушиваюсь ещё внимательней. Да, оно определённо реальное и доносится из телевизора, не игра разума.
Не торопясь подступаю к столу, на котором стоит раритетный ящик. Из динамика в верхнем правом углу телевизора слышен шёпот. Я широко раскрыла глаза от ужаса. Не спеша приближаюсь левым ухом, шум слышен максимально громко, но не разборчиво, будто голоса нескольких десятков людей. И вдруг пронзительно- громкий щелчок. Голова закружилась от сильного вдоха, чуть не упала на спину. На кухню, быстрей!
Что же это такое? Мигрень? Спокойней, контролируй ситуацию. Обычная бессонница вызвала галлюцинации. Ты ведь знаешь, такое бывает, многолетняя привычка не спать по ночам, ты просто забыла сделать укол успокоительного. Чушь! Сама себя обманываю, ты уже больше года без них обходишься. Они этого и ждут, устроили слежку. Кто вы такие? Разминаю виски, дабы себя успокоить.
Доходит шесть утра. Десятая кружка, не меньше, почти литр чайной смеси. Таким образом точно не уснуть. Начинает светать, сама не пойму, почему я на кухне.
Робкие шаги по коридору мимо главной комнаты. Бред ошалевшего разума. До чего же глупо, ну вот он, стоит одинокий старик на четырёхногом столе. Груда проржавевших механизмов, смонтированных в дряхлый деревянный каркас, как это напугать может? Чёртов телевизор. Даже не знаю, во что верить, слишком реальные галлюцинации, никак не укладывающиеся в мозгу.
Комната Димы - третье по размерам помещение, до этого- большая комната, почётное место- широкий коридор, соединяющий все помещения. В правом дальнем углу стоит кровать, скрипящая как несмазанные качели. В ближнем углу - шкаф, рядом с ним валяется различный хлам - от акустической гитары до поломанных досок и познавательных журналов. По левую руку похожая картина - сломанный пылесос, раритетная швейная машинка, пыльный ковёр. Напротив кровати - письменный стол с тетрадями и письменными принадлежностями, также деревянная копилка в виде бочонка. Над столом повисла относительно богатая книжная полка.
Дима с головой укутался в одеяло, подушка валяется на полу, уберу-ка. На столе всё аккуратно сложено, кроме учебных тетрадей. Везде всё должно быть по правилам, из таких мелочей и складывается наша жизнь. Постоянно вместо него устраняю беспорядок.
Кто там изображён? Рядом с настольной лампой из-под тетради по литературе выглядывает краешек фото, вроде бы мужчины. Маленькая, однако, с четверть тетрадного листа. За окном ещё темно, изображённый бюст на фото почти неразличим. Включаю настольную лампу, знакомый человек- тёмно-оранжевый костюм, русые волосы, слегка упитанная фигура. Вроде как очень близкий друг или хороший знакомый. Знаю, каково это, видеть физиономию небезразличного человека впервые спустя много лет, именно такие чувства вызывает этот кусочек типографской бумаги с напечатанным не ней неизвестным мужчиной. Такие фото греют меня изнутри, просыпается что-то схожее с ностальгией, но не сейчас. Она не пригревает, ностальгия вызывает необъяснимый страх. Приберусь в комнате, пока сынок не проснулся.
***
Пять лет- около того, как бросила курить. Больше не вижу смысла вдыхать дым. В общем-то, смысла не увидеть, его и не было. Раньше бывала на балконе только из-за никотиновой зависимости. Несколько раз за день, пока дома, выходила сюда подышать дымом.
Как приятен свежий утренний воздух, особенно после ночного дождя. Я с закрытыми глазами встаю на балконе и погружаюсь в эту атмосферу блаженства. Нет ничего кроме ласкающего прохладного ветерка и свежести.
Полнейший экстаз, кажется, в таком положении можно простоять вечность. Глубокий вдох и медленный выдох, очам не спеша открываются чудесные пейзажи, приятная резь в глазах.
Не может быть, пожар на том берегу раскинулся на несколько километров, он должен угаснуть! На улицах такие огромные лужи, что даже машины буквально тонут.
Захотелось заплакать, словно от безысходности. Почему? Почему?! Почему так происходит именно со мной? В горле, будто кирпич застрял, как горько осознавать, что все утешения бесполезны. Неужели это наяву? Ноги подкосились, падаю на холодный бетонный пол. Каждой клеткой организма я прочувствовала упадок сил.
Опять раскисаешь, самой противно. Слишком поспешные выводы, главное найти объяснение происходящему. К чёрту слёзы, бесполезная жидкость, которой, как и остальным, рано или поздно нужно выйти наружу.
Даже не припомню, как оказалась на ногах, мыслительный процесс направлен в другое русло. А что если пожар начался в нескольких домах одновременно? Какие-то недоброжелатели подожгли их, из-за деревьев пожар не смог потухнуть от дождя. Точно! На том берегу дождя не было, это всё объясняет. Моей глупости нет предела. Божественный кайф, словно опровергла невозможное.
Здешние пейзажи всегда умиротворяют. Люди- муравьи с высоты восьмого этажа. Их движения напоминают этих крохотных насекомых. Вот один из них куда-то торопится, резкая остановка, человек меняет своё направление, и так всегда. Небесное светило тускло освещает рельефы города, серые облака укрывают его длинные лучи. Редкие волны плавно переливаются по озеру. Весь город поймал привычный ритм, начался новый день- новая жизнь!
Удивительно, как только я не заметила барабанной дроби за окном. Опять началось это же очевидно, башка была другим занята. Недосып, мозг не тратит силы на сохранение второстепенной информации.
Около семи, Дима наверняка уже встал с кровати или завтракает.
Сонный голос сына застал меня врасплох:
-Мама, ты всю ночь не спала что ли?
-Ой, ты что это, что же ты меня пугаешь постоянно? Откуда такие мысли, Дима?- почти заикаясь, ответила ему. Нервничаю однако, чуть не выпалила всю правду
-Я так думаю. Просто мне так кажется.
-Совсем чуть-чуть вздремнула. Видимо погода на меня так действует.
-Может быть. Я сегодня спал лучше, чем всегда.
-Пойдём на кухню, позавтракаем.
Признаю, что боюсь рассказать Диме случившееся, сочтёт меня за потенциального клиента психушки.
***
Учительница проводит урок перед чуть ли не засыпающим классом:
Скорей всего вы слышали притчу о слоне, который был привязан к столбу тоненькой верёвочкой. Конечно, буду не правой при такой уверенности, и мало всего лишь услышать, главное понять. Так вот, жил в зоопарке огромный слон, к его ноге была привязана верёвочка. Народ удивлялся, почему же слон не убегает, а всё просто: когда животное было маленьким слонёнком, к его ноге присоединили эту верёвочку. Он всеми силами вырывался, боролся как мог, но позже понял, насколько это бессмысленно. Слонёнок рос, а верёвочку не отвязывали. Животное смирилось с фактом, что выбраться невозможно. Слон теперь на всю жизнь останется привязанным к столбу верёвочкой. И что, ребята, можете сказать по поводу этой притчи?
Прозвенел протяжный зов на перемену. Дети мигом покинули учебное помещение. Дима, не торопясь собрал вещи в старенький портфель. Он всегда выходит из класса последним, сам не знает почему, никогда не задумывался над этим. Дима с недовольством достал из кармана орущий мобильный телефон:
«Слушаю да, где же ещё Что? С тобой всё в порядке?.. Нормально со мной вопросов больше нет?.. Да-да, пока!»
Слишком тесный и узкий кабинет, как и десятки других в школе, нравится мальчишке, на переменах он чаще остальных учеников остается здесь. Знает наизусть, где что находится. На стенах близко к потолку развешаны портреты русских классиков литературы. Напротив учебной доски, в другом конце помещения стоит как вкопанный, современный светло-коричневый шкаф, за ним- местная раздевалка. Поверх его в горшках и горшочках растут цветы разнообразных видов. Новые деревянные парты с лавочками меньше прежних по душе ученикам, те были под наклоном и на одного человека.
Дима уже собрался спускаться в столовую на первом этаже, как его окрикнула Надежда Константиновна- женщина в возрасте средней комплектации в классическом костюме, с чёрными брюками:
-Дмитрий, постой. Останься в кабинете ненадолго, у меня есть пару вопросов к тебе.
-Да, конечно.
Он идёт впереди, кажется, разговор будет очень серьёзным.
-Присаживайся.
-Спасибо, я постою.
-Всё-таки присядь. Разговор будет не быстрым.
Дима молча сел за парту, Надежда Константиновна на учительское место.
-Надеюсь, ты не будешь отрицать вчерашний прогул. Дима, разговор будет честным?
-Не буду, отрицать не буду. Я всё объясню.
-Не торопись, я внимательно слушаю.
-Меня пытались избить старшие мальчишки. Я был в туалете, они были там. Они забрали у меня все деньги и книгу. Я не хотел им отдавать, они сильнее, их много.
-Кто они? Из какого класса? Они из нашей школы?
-Они тут учатся и живут. Не знаю в каком классе. Они пристают ко мне, когда рядом больше никого. Мы раньше были друзьями.
-Живут в школе значит. Ты уверен? Это они наверно сказали - взгляд глаза в глаза.
-Я видел их жилище, одно - на чердаке, другое где-то в подвале.
-Хорошо, успокойся. Не надо нервничать. Я задам тебе несколько вопросов и ты на них спокойно ответишь. На тебя можно рассчитывать?
-Конечно можно, я вам расскажу всю правду.
-Замечательно. Что ты делал во время урока у Анны Юрьевны? Я имею ввиду тот промежуток времени, перед тем как сбежать с урока и уйти домой.
-Я попросил Анну Юрьевну выйти в туалет. Она меня отпустила. Я их встретил там, они сидели на подоконнике, потом окружили меня- Дима рассказывает, постоянно отводя взгляд.
-Постой. Анна Юрьевна говорит, что ты воспользовался моментом, когда она отвернулась, взял свой портфель и ушёл с ним за дверь.
-Да да, это так и было, только не совсем. Я сам не помню, как взял его, честно!
-Хорошо. Тише, мы же договорились. Ты смог бы опознать этих негодяев?
-Конечно, я их знаю давно.
-Насколько давно? Почему же не рассказал про них кому-нибудь? Кто кроме тебя знает про них?- лицо Надежды Константиновны стало выглядеть напряжённым.
-Не помню, лет пять.
-Почему не рассказал?
-Я не знаю, не думал об этом.
-Ты что, мне врёшь?!- лицо собеседника, выражающее огромный упрёк.
-Что вы, зачем? Я не вру.
-Очень надеюсь. Как я поняла, только ты их знаешь - она успокоилась, будто ничего и не было.
-Одноклассник Владик не верит мне. Больше никому не рассказывал.
-Спокойно, не бойся. Давай поступим так: это будет нашей тайной. Завтра, Дима, мы вместе решим, как нам поступить дальше. А сейчас ты пойдёшь и умоешься. Смотри мне в глаза ты должен забыть весь негатив. Всё, иди в туалет. Бояться нечего, если что, зови на помощь, я тебя услышу. Потом сразу возвращайся.
Дима быстрым шагом ушёл в уборную комнату, расположенную напротив кабинета. Буквально за несколько секунд он ополоснул лицо и возвратился обратно.
-И так, Дима, теперь ты в порядке. Ко мне вчера заходила завуч, она мне кое-что оставила. В этот же день, когда ты был в уборной, там в кабинке был мальчик из младшего класса. Ты видел его?
-Не видел, только хулиганы.
-Так вот, как твоя книга называется, которую отобрали?
-«Повелитель мух», а что?
-Тот мальчик, когда ты ушёл, обнаружил на подоконнике сто двадцать пять рублей и книгу. Сейчас я их достану из-под парты и отдам их в том случае, если объяснишь случившееся.
-Да конечно, это они специально. Не хотят, чтобы их наказали.
-Тот мальчик не видел хулиганов. Однако подтверждает, что ты с кем-то разговаривал.
-Я не знаю как так. Они хитрые не могу объяснить, почему он не видел их.
-Я тебе верю. Держи свою книгу и деньги. Завтра обсудим всё, ступай на урок.
-Хорошо. До свидания, Надежда Константиновна.
Тридцать два- ещё не возраст, только в любом правиле есть исключения. Смерть матери, когда Наде ещё не исполнилось пяти лет, детский дом, двенадцать сменившихся работ, муж-преступник, избивший до полусмерти, продолжительная жизнь на улице- лишь вершина айсберга. Сейчас она одна проживает и платит за полуторку в двухэтажном доме, у которого пятнадцать лет назад истёк срок эксплуатации. По выходным Надежда Константиновна отдыхает в местных забегаловках и ночных барах для известных всем целей. По ночам читает, настоящий ночной книжный червь. Последующие несколько лет Надежда с уверенностью может назвать лучшими временами. Прожитые года без своих детей, она старается не думать об этом. В лихие девяностые приходилось зарабатывать на продаже всего подряд- стиральный порошок как средство от тараканов или заключение сделок на кредиты под огромные проценты, работая на банк, и это только к примеру.
До двадцати пяти она не носила длинных волос, сейчас же пышные локоны блондинки до локтей. Красивая снаружи- поношенная внутри. Несколько лет назад окончательно бросила курить, а потом и пить. Она ловит себя на мысли- не верится, что наверняка прожита только половина отведённого срока.
***
Сидя в кресле, я успокоилась, но заснуть невозможно. Ещё и мысли не дают покоя. Неожиданное обстоятельство взбудоражило меня:
-Мамуля.
-Сынок, не пугай меня. Скажи, что ты здесь.
-Помоги мне, пожалуйста.
-Где ты, Дима? Почему ты не в школе?
-Мне тут очень плохо, забери меня отсюда- голос монотонный и грустный. Последний раз с такой интонацией я слышала Диму, когда тот простыл, гуляя пол дня под дождём.
-Хватит прятаться. Что за шутки?
Молчание в ответ. Опять оно началось.
-Дима, ты здесь?
Нет его, хватит себя обманывать. Надо позвонить ему. Иду сквозь коридор, туда, где есть телефон:
Алло, привет Дима Ты сейчас в школе?.. С тобой всё в порядке?.. Расскажи мне всё, ты ничего не скрываешь от матери?.. Ты себя нормально чувствуешь?.. Главное, не обманывай меня. Я тебя всегда помогу. Если всё нормально, то пока
Телефонные гудки нельзя спать, кто-то хочет навредить мне и моему сыну. Забавно, теперь меня клонит в сон, они издеваются надо мною, эти сволочи что-то затевают. Много кофе мне поможет. Пью его часто, очень даже, необходимость при моём пониженном давлении. Трудно поверить: сплю по два-три часа, если не выпью чашку кофе, иначе по пять-восемь.
Ну что же? Пятая кружка, пятая доза. Снова на кухне, скоро здесь жить останусь. За окном толпы людей суетливо передвигаются, каждый по своей уникальной траектории. Ничего не слышно, будто по ту сторону стекла отключили звук. Машины едут медленнее, чем всегда. Интересно, они двигаются всё медленней, но в чём причина? Ещё неторопливей, уже со скоростью пешеходов. Они совсем остановились. Как же так? Люди замерли на месте. Время что значит эта величина? Нет, они передвигаются, как и машины, но с очень малой скоростью. Перед взглядом цвета померкли, словно начинает темнеть. К чёрту всё это! Занавешиваю кухонные окна.
Луч света над дверью перед входом в комнату напротив. Не разобрать от чего же он исходит. Полоска желтоватого пятна почти впритык с потолком. Невозможное явление, свет из ниоткуда. Нет вариантов, я перебрала все какие можно. Будто нарисован на стене, когда к нему подносишь руку, то видно как исчезает часть этого луча под тенью ладони.
Спокойно, обязательно есть рациональное объяснение, Дима придёт и мы разберёмся в этом. Так он прибудет примерно через полтора - два часа.
***
Объяснение тому, что слышала голос сына, я выбрала самое простое - не выспалась.
-Я дома.
Странно, он никогда не открывал двери своими ключами.
-Проходи на кухню!
Дима последовал моему совету, приказом трудно назвать. Он редко слушал указания от матери, всё ему надо делать наоборот.
Почему-то мне кажется, что причину появления этого луча мы не найдём.
-Убери голову, отойди в сторону. Видишь там отойди совсем, присядь.
-Что с тобой? Ты наверно заболела, что за глупые вопросы по телефону?- без крика, но громко возмутился сынок.
-Т-т-там над дверью был свет, он исчез куда-то.
-Что за фигню несёшь, мама! Я устал, не хочу тебя слышать больше- другие скажут «ужас», я привыкла к подобным выпалам. После такого он обычно чувствует вину и долгое время прилежен как маленький джентльмен, вздор несу кончено, просто становится тише и спокойней.
-Извини меня, Дима. Я больше так не буду поступать.
Он молча взял белую маленькую кружку со стола, налил воды в чайник и поставил на плиту. Потом достал суп из холодильника и поставил разогревать.
-Что-то я кофе не могу найти. Или ты его весь выпила?- Дима с пугающей сосредоточенностью направил взор в мою сторону.
-Его там мало оставалось, выпила пару кружек.
Поверил ли он? Я почти также устремила взгляд на него.
-Ну конечно. Сходи к врачу, пропишет таблетки от бессонницы. Ой-ой, да ты же наоборот не хочешь уснуть - он сказал саркастично и в тоже время с недовольством.
-Ты прав, надо сходить в ближайшее время.
Наступило недолгое молчание. Я задумалась о происхождении того луча. Очередная оптическая иллюзия или обман мозга, но повода для таких выдумок в голове не наблюдается. Я раздвинула тюли, на улице всё встало на свои места, больше никаких замедленных людей и машин.
-Мама, зачем было окно занавешивать?
-Долго объяснять. Давай закроем эту тему.
-Конечно, мам, как хочешь.
В последующее дневное время Дима только делал уроки, спал и смотрел телевизор. Меня же мучили вопросы, на которые достаточно трудно ответить самой себе. Необычно, но я вспомнила, что обрывок света на обоях будто следил за мной. События, происходящие как в замедленной съёмке вообще не поддаются разумному разъяснению. Уколы успокоительного помню как я страдала без них, это действительно жутко- несколько суток без сна. Помню как соседи о чём-то болтали посреди ночи, изредка негромко включали музыку, частенько какую-то противную мелодию, повторяющуюся каждые секунд десять не может быть, подобное бурчание я слышала ночью в телевизоре, только музыка не играла. Глубокий вдох, медленный выдох, ещё раз. Слишком впечатлительная ты натура, Лидия, вот и мерещится всякое.
Быстро темнеет, облака в свете ушедшего солнца становятся более чёткие, видно их очертания. Красное зарево потихоньку покидает небо вместе с пылающей звездой, лишь последние отсветы небесной синевы напоминают об ушедшем огненном шаре. На улицах города почти никого, лето за горами и мало кто жаждет ночных прогулок против холодного осеннего ветра.
Меня словно магнитом тянет на кухню, я и сама этого не замечаю. Восьмой час, пойду, проведаю сынулю. Дима молча сидит в кресле и перебирает какую-то книгу руками. На канале НТВ идёт передача про рублёвских жлобов.
-Мама, у тебя бывает такое, что точно уверена в чём-то, но это кажется глупым или бессмысленным и потом ты не уверена что ты права?
-Конечно бывает, особенно в последнее время. Словно мои мысли читаешь.
-Ты, мама, предсказуема и мысли читать не надо.
-Ты и правда так думаешь? Сама бы не подумала. Зачем телевизор включил? Не смотришь ведь его.
-Не знаю, мне так комфортней.
Противные лица на экране, но до боли знакомые. Сама себе накручиваю, давно бы вспомнила, где их видела или встречала, если уж знакомые.
-Кажется, я схожу с ума. От бессонницы будто чувство реальности потеряла.
Довольные ухмыляющиеся морды, не могу на них смотреть. Они будто смеются надо мной. Как же мне всё это осточертело. Достаю белую простыню из тумбы и накидываю на этот громоздкий ящик.
-Ты точно больная, совсем сбрендила - Дима выронил книгу в истерическом смехе.
-Дима, ты меня пугаешь, с тобой всё в порядке?
-И ты мне это говоришь, а сама накинула тряпку на телевизор - он взялся за живот не в силах сдержать ещё более безумный смех.
Голоса, доносящиеся из динамика, стали неразборчивы и слышны будто из бочки. Опять бурчание, чёртово бурчание!
-Дай пульт, выключи телик!
Лицо Димы уже стало серьёзным, успокоился, отсмеялся. Так бывает, после продолжительного смеха обратная реакция - ничего не радует, настроение нейтрализуется.
-Больше не смотри телевизор, никогда. Иди в свою комнату, ложись спать.
Дима с удивлением и страхом несколько секунд смотрел на меня, не промолвил ни слова, и потопал в указанное место. Кажется, он осознал, что нет ничего смешного. Дима понял, насколько это ужасно, наверное, ему стало страшно.
«День 3. 5 октября»
Ночь длится целую вечность. Всё происходит словно в бреду - редкие щелчки вперемешку с шёпотом, появляющиеся в разных частях квартиры. Они так же быстро угасают, как и возникают. Мысли безумным вихрем проносятся в голове. Именно безумным, их можно причислить к шизофреническим. Муж, насильник, кухня, Дима, пожар - всё перемешалось в доме Облонских. Ко врачу - главная цель на сегодняшний день.
Три часа ночи. Снова мне не уснуть, выпью чаю на кухне.
Глаза неприятно зарезало после включения кухонной люстры. Завариваю чай в большую кружку и направляюсь на балкон. Войдя в комнату, я чуть не выронила чашку из рук от испуга. Голос молоденькой женщины, интонация как у стервы. Он слишком реален, чтобы показаться.
-Здравствуй, Лидия. Надеюсь, ты меня слышишь.
В горле пересохло, ответить язык не поворачивается.
-Я знаю, что меня слышно. Поприветствуй меня, Лида.
-Кто это?
-Подумай хорошенько. Ты нас знаешь - уже другой, мужской голос, в нём читается цинизм.
-Что вам от меня надо?
-Эта сука спрашивает нас, что нам надо. Как думаешь, сказать ей?- противный голосок стервы и ехидный смех трёх-четырёх человек.
-Не надо, она слишком мала, чтобы понять - смех целой толпы, уже не разобрать, сколько человек.
И опять эти все люди кажутся знакомыми. Отстаньте от меня, сволочи!
Голоса исчезли. Дима прибежал в комнату с шальным взглядом. Я сказала ему, что приснился кошмарный сон, он покинул комнату.
Не успела я успокоиться, как снова появились они. Говорили как-то отстранённо, будто не замечая меня: «Малолетняя шлюха, она получит с полна пусть не думает даже идти ко врачу, а то поплатится Лидия, ведь боишься за сына?»
Захотелось закричать, вопль так и рвётся наружу. Не понимаю, откуда я их знаю, особенно узнаваемый голос одного из мужчин. Он словно один из главарей, которому все потакают. Эти мрази не пытаются со мной строить диалог, они просто пытаются указывать.
-Думаешь сделать что-то с сынишкой?- спросила стерва с ухмыляющимся тоном у главаря.
-Не люблю делать гадости, но эта шлюха заслужила. Пусть гадает, можем сделать с ним что угодно, а может и нет. Помучается сука, большего не достойна.
-Понятно? Этот дядя сделает из твоей жизни конфетку, приготовься к худшему кошмару.
Щелчки пальцами теперь не глухие как раньше. Этот козёл напевает какую-то мелодию и делает щелчки в такт. Всё это время я держала кружку в руке, как только Дима этого не заметил? Чай остыл, я ушла на кухню и вылила его в раковину. Оставив здесь чашку, я заметила одну деталь - голоса начали стихать, превратились в шёпот, потом и вовсе исчезли. Щелчки еле слышны, однако не пропали.
Всё окружающее меня показалось искусственным и застывшим во времени. Пустота лишь одна она, как картина, изображающая мгновение. Пространство видится мёртвым, чувство схожее с нирваной.
Кухня - это отдельный мир со своими правилами. Он мёртвый, но успокаивающий подобно морским волнам. Волны большие и величественные, но я понимаю, что они не достигнут меня.
Я задумалась о словах стервы и циника - ведь могут навредить сыну. Ко врачу ходить запретили, и чёрт с ним, не пойду. Эмоции потухли, их нет. Эти размышления не пугают, неестественное отсутствие страха. Полнейшая тишина, лишь тихие звуки ритмичного наигрывания на пальцах. Я предалась воспоминаниям- раньше не представляла жизнь без музыки, без звуков города или людей. Мне всегда нужно было слышать и слушать, иначе делалось тошно на душе. Энергия била ключом, не усидеть на месте. Молодость не вечна, с годами осознаёшь это в полной мере, спустя годы всё значительнее ограничиваешь себя четырьмя стенами. Студенческие годы сыграли немаловажную роль в моём воспитании как личности. Посиделки в комнате общежития ночью вызывали самые тёплые воспоминания, втихаря к нам бегали мальчишки для ночных оргий, я и моя подруга никогда им не отдавались. Да ладно, не обманывай себя, несколько раз таки случались случайные связи. С козлиной я познакомилась позже, когда уже пошла работать программистом. Добивался меня несколько месяцев. Цветы, песни под окном, письма, подарки, прилюдные комплименты- последнее таки позволили мне растаять перед объятьями Александра. Я гордо себя вела с парнями, неужто мужинёк мне отомстил, не слишком ли жестоко? Повелась таки, нельзя подводить свои принципы, никогда. Моя фатальная ошибка, испортившая мне заметную часть жизни.
***
Утро настало неожиданно. Я несколько часов не слежу за временем. Только сейчас, когда стало светать, я понимаю ужасную суть, сказанную теми гадами. Нельзя пускать Диму в школу, ни в коем случае, в больницу тоже не пойду.
-Мама, ты чего бурчишь?- настороженно крикнул сын.
-Что!? Когда перестанешь меня пугать?
Не как не привыкну к неожиданным подходам из-за спины.
-Извини, больше не буду. С кем ты разговаривала сейчас?
-Дима, ты не пойдёшь в школу!
-Не надо так громко.
-Тебе там будет плохо. Не иди, умоляю!
-Что за дурацкая причина!
Он довольно долго со мной спорил и всё-таки отправился на учёбу.
Я всё не решусь позвонить ему. Если что-то случится, он ведь обязательно расскажет по телефону, у меня умный мальчик. Попробую отвлечься, прихорошусь перед зеркалом в комнате.
В отражении я вижу себя в ночнушке, деревянную дверь, диван, стены с узорчатыми обоями, кресла. Не нравится мне отражение, я там другая. Представляю, что по ту сторону параллельный мир и там моя близняшка. Так наверно и есть, она не похожа на меня, она иная. Что-то в этом лице злое, оно восхитительно, но почему-то красота выглядит зловещей.
Пустив глаза в темноту, глубоко вдыхаю. Лучше бы я не возвращалась из этого состояния, в зеркале во всю стену появились те самые обрывистые лучи света, их очень много. Резко отворачиваюсь от него. Стены пусты, ни единого лучика. В отражении их тоже нет. На меня опять глядит близняшка со своей неестественной красотой. К чертям собачьим, накину на зеркала тряпки! Отвлечься не удалось, стало только хуже. Хватит себя истязать, набираю телефон Димы:
пожалуйста, не бросай трубку с тобой всё хорошо?.. не обманываешь меня?.. жду тебя дома, по
Сбросил. Пока сынок, я тебя люблю.
Мрачный вид с балкона. Всегда казались прекрасными эти виды на город, сейчас оно далеко не так. Как в песне - « Всё на свете из пластмассы и вокруг пластмассовая жизнь». Именно такое создалось впечатление, нет жизни в этих пейзажах, в стадионе, в домах, пляже, лесу. Пожар на той стороне озера заметила, когда подумала о нём. Огненная стена уже захватила больше половины того берега, а это около десятка километров. Меня это не удивило, врятли что-то теперь сможет меня смутить или вызвать недоумение.
Дима предупредил, что задержится и пришёл поздно, в пять часов. Он не произнёс ни слова за полчаса после прихода. Взгляд показался мне отстранённым, в нём узнавалась задумчивость. Лишь на кухне я смогла вытянуть из него пару фраз.
-Как прошёл учебный день?
-Нормально.
-Почему-то я тебе не верю.
-Не знаю.
Не очень приятно стоять у плиты и разговаривать со спиной сына, который расположился на стуле, отвернувшись от меня. Дима не спеша уничтожает жареную картошку, слишком медленно, голова явно не даёт ему покоя.
А это что такое? Мошки? Как их много, они лезут непонятно откуда, будто из-под пола. Я за правую руку отдёргиваю его на себя, он крепко вцепился в ложку.
-Дима, видишь мошек? Они ползут по тебе.
-Мама, да что с тобой! У тебя даже глаза больными выглядят.
Эти создания похожи на очень мелкие чёрные точки. Они лезут по ногам, рукам, туловищу, потом доползают до головы. Они проникают внутрь через уши, рот, нос, глаза.
-Что за чертовщина! Неужто я одна их вижу?
-Что с твоими зрачками? Они тёмные словно дыры. Мне страшно, мама.
Дима расслабил правую руку, прозвучал удар металла о пол. Все мошки исчезли внутри сына, он крепко обнял меня.
-Слышишь шёпот? Сволочи, они обсуждают нас.
-О чём ты говоришь? Сейчас я ничего не слышу.
-Вот ведь сволочи, они это нарочно. Не хотят, чтобы мне верили. Иди спать сынок, раньше ляжешь - лучше выспишься.
Дима с искренним повиновением отправился в свою комнату.
***
Надежда Константиновна, скрестив руки на груди, стоит у входа на чердак школы. Рядом с потупленным взором встал Дима, в непонимании устремив взгляд на металлическую заваренную дверь. Он готов поклясться, что несколько дней назад находился по ту сторону и видел чердачное помещение, оборудованное под жильё.
-Послушай меня, Дмитрий. Смотри на меня - она взяла его за плечи и тот повернул голову в её сторону.
-Мы уже были в подвале, нашли только уборщицу и её принадлежности. Ни про каких хулиганов она не знает. Сейчас мы здесь. Этой дверью на чердаке уже давно не пользуются, лет эдак десять. Отсюда вывод: ты всё придумал. Но ты ведь знаешь, что это не так?
-Я не понимаю. Вы мне не верите?
-Много фактов, Дима, доказывающих обратное. Расспросили завуча, директора, уборщиц, охрану. Прямо какие-то призраки. Что думаешь?
Приступ отчаяния сковал мальчика:
-Не хочу, чтобы меня посчитали больным, не хочу! Не надо, пожалуйста.
-У меня свои принципы, которые не подходят под узкие рамки многих. Кроме психолога, тебя и меня никто больше не будут знать всех подробностей этой неоднозначной ситуации. Понимаешь, что хочу до тебя донести? – обманчивая хитрость в взгляде.
-Да, я признаю своё нездоровье. Я наверно пойду. Спасибо вам за всё.
-Обращайся если что. Лучше меня в этой школе тебя никто не поймёт.
Дима мигом исчез. Годы берут своё, Надежда Константиновна еле переступает с лестницы на лестницу, ухватившись левой рукой за спину. Подниматься наверх – вообще сущее мучение, приходится рукой подтаскивать тело. Она выглянула за окно, находящиеся между этажами - все дети разошлись, двое охранников курят на крыльце, о чём-то болтая. На улице одиноко, её окутывает мрачная темнота.
***
Как же называется состояние, не радости и не горя - фрустрация, апатия, прострация? Думаю, всего помаленьку плюс невроз, по большому счёту и так не назовёшь. Уже около трёх суток бодрствования, от этого вроде как умирают. Лучше угаснуть самой, чем от инициативы других, останавливает лишь наличие Димы. Они ему жизни не дадут, без меня станет только хуже.
Я наблюдаю за сыном со стула, принесённого с кухни. Нет, шёпот не пропадёт вместе со мной. Если погасну я, тот не уйдёт в могилу в компании меня. Уже воспринимаю это явление, как отдельный разумный организм. Как телевизор, вы ведь не сможете отвертеться, максимум переключить канал, хотя можно выключить, но я уже окончательно обсудила этот вариант, не хочу погасания его экрана. Откуда только такое количество нелогичных мыслей в моей голове? В груди защемило от жалости к Диме и страха.
Где-то наверху я слышу голос, сынок кричит, с кем-то разговаривает, наверняка пытаясь побудить сволочей отпустить его.
-Дима, проснись!
Я сильно дёрнула его за плечо, что он вскрикнул, но думаю, сын не меня испугался.
-Ты что делаешь?- глаза, переполненные ужасом.
-Мне показалось, что я слышала твой голос.
-Была у врача?
-Не стала. Сволочи не дают.
Дима молча отвернулся и наверняка сразу уснул.
Уходя в свои мысли, я не чувствую времени. Только попадёшь в паутину размышлений, смотришь на часы - маленькая стрелка уже передвинулась с одной цифры на другую.
Ужасный крик заставил меня подпрыгнуть со стула. Дима заорал внезапно, он просто лежит на месте и издаёт вопли. Не может очнуться.
-Проснись! Что они с тобой сделали?
Только хотела дёрнуть его, как Дима резко поднялся со спины, проснувшись. Его дыхание участилось, проступил холодный пот.
-Мама? Мне приснился кошмар, самый ужасный сон - дрожащим голосом прошептал он.
-Значит, видели их. Каково у них там?
-Сон я не помню. Опять ты за своё!
Меня осенило, что я видела что-то перед тем как Дима извлёк изнутри себя этот ужасный вопль. Провал в памяти, я просто задумалась, потом долгая пустота и этот ор.
-Совсем ничего не помнишь?
-Ни секунды, но это чувство не забуду. Никогда.
Часть 2
«День 4. 6 октября»
Пауки.. даже будучи не ядовитыми вызывают неприятные ощущения. Я не боюсь, но если их много, они скромно говоря, меня раздражают. Вон оно, чудовище, сидящее в верхнем углу кухонного окна. И стоит только попытаться его убить, как членистоногий сожмётся в комок и притворится мёртвым. Представляю, как стая этих мразей заполонит всю квартиру. Я бы не выдержала, да и не бывает такого, по крайней мере не верю в это.
Уверовать можно во что угодно. Все страхи, не приносящие вреда - бессмысленны. Психология человека очень многогранна, но мешает ему жить. У нас столько складывается стереотипов за всё существование, что всё глубже погружаемся под воду - по колено, потом по грудь и сыты по горло к концу жизни. И все страхи только в голове, ладно если бы те вырывались наружу. Фобии рвутся из клетки, когда мозг переполнен ими. Это всё равно что в фильме «Чужой». Мы живём в боязни, что когда-то зародыш пробьёт грудную клетку.
На самом деле я поверила во всё происходящее. Сегодня я не отпустила Диму в школу, конечно результат предсказуем. Голоса людей стали в один ряд с привычными звуками. Переговоры слышатся то сквозь бетон с верхнего этажа, то поблизости.
Достаю из тумбочки запыленный кассетный проигрыватель «Вега». Единственное, что вечно для меня- музыка, придаёт облегчение. Сборник песен группы «Сплин», Александр записал мне его с нескольких кассет, умел таки порадовать. Включаю самую сокровенную песню, название позабыла и обложка потерялась, но слова помню наизусть.
Живой звук проигрывателя даёт полностью проникнуться музыкой. Слова бодрят меня, кровь разгоняется по венам: «Время назад, всё разделилось вокруг на чужое и наше,
Бросив на разные чаши против и за»
Не удаётся сдерживать эмоции, так и хочется дёргаться в ритме. К чёртям всё! Я закружилась в безумном танце, вслух напевая любимую песню:
«Всё пытаясь уйти навсегда из проклятого круга,
Мне кажется, я. Мне кажется, я.»
Нет ничего, кроме прекрасной мелодии, голоса Александра Васильева и меня. Запись окончилась, включаю на повтор:
«Все это ложь... что-то случилось, но нам ничего не сказали,
Женщину в зрительном зале бросило в дрожь...»
После четырёх прослушиваний подряд мелодия кажется невыносимой, голос певца фальшивым и ужасным. Ещё раз на повтор как же осточертела! Приелось гадкое звучание, не могу забыть его, от чего гораздо поганее. Голова разболелась, всё равно что после пьянки.
Я ощутила в полной мере воздействие алкоголя давно в молодости. Окончился последний семестр третьего курса. Четыре подруги, включая меня, сочли правильным хоть как-то отметить успешно прошедшие экзамены. Общее мнение свелось к распитию трёх полторашек вина «Изабелла». Помню, как мгновенно пролетали часы, приятные воспоминания. Мы сидели дома у Насти, потягивая горьковатое винцо в уютной комнате. А вот в последующие два дня отпечатались в памяти мученские воспоминания. Оказалось, что Настя подмешала водки, что не хило сказалось на здоровье трёх подруг, Анастасия лишь жаловалась на боли в голове, и то к слову. Она мне всегда казалась какой-то самовлюблённой и, как говорят, в каждой дыре затычка. Ладно уж, лучшие годы студенческой жизни от части связаны с её именем. Я училась в университете на программиста. Одногруппник Никита был успешным в те годы, ребята обращались к нему за помощью в учёбе. Появление первых компьютеров свело его с ума, Никита стал помешанным на идее, не существующей на самом деле. Что-то общее было между нами. Я, как и он, никогда особо не любила людей, борьба внутри меня помогала освоиться в обществе. С детства мне казалось, что люди много плохого говорят у меня за спиной, много раз «обжигалась» после очередного знакомства. Меня не любили за то, что я делала всё наоборот. Наверно, я пыталась выделиться в обществе. Когда ко мне кто-то не проявлял должного внимания, я чувствовала себя лучше, что меня не замечают. Когда же я сближалась с кем-то, то становилась угрюмой, словно теряла смысл жизни. Через силу я знакомилась и общалась с людьми, что сделало свой вклад в познание счастья да уж, вслух так красиво выражаться в разы сложнее. Никита шагнул из окна своей квартиры. В последние дни он ходил по университету улыбчивым, разговаривал со всеми подряд, впервые за четыре года видела его таким. На следующий день человека просто не стало.
Магнитофон заглох нажатием на кнопку выключения. Гробовая тишина угнетает. Пусть лучше будет она. Всплыл весь негатив, стало жалко сына. Сердце бешено заколотилось, что стало не хватать воздуха. Лучше умереть, а хрен, Дима же останется совсем один, козлы ему прохода не дадут.
Непреодолимая тяга взглянуть на экран телевизора. Меня манит в большую комнату. Сволочи меня не отпустят, пока не уберу простынь. Чёрт с ним, взгляну.
Резко скидываю белую ткань и сажусь на диван. Несколько минут ничего не происходит. Вдруг экран резко «вспыхивает», непривычное явление для такой старой аппаратуры. Во весь экран лицо Александра - седой толстоватый старик с редкими морщинами. Этот козёл нас покинул, когда Диме наступило пять лет. Сейчас мужинёк просто смотрит на меня, улыбаясь как клоун. За что только можно было полюбить этого старого пердуна? Ах да, его толстый упругий кожаный кошелёк.
Снова по сторонам размытые образы. Слева мужчина в тёмно-оранжевом костюме лежит на земле, рядом с ним какая-то женщина в чёрном одеянии присела на корточки, слегка приподняв голову человека. С другой стороны люди в тёмных одеждах зачем-то столпилась, смотрю на них и хочется плакать, где-то я видела это ранее, наверное слишком давно, что не помню.
-Ну здравствуй тебе, Лида.
-Я не понимаю, что творится. Это твоих рук дело?
-Знаешь, почему я тебя полюбил? Естественно догадываешься. Ты же как маленько дитё, всегда улыбчивая, радовалась каждой мелочи. А ты изменилась, наверно повзрослела, серьёзности хоть отбавляй. Зря поступил так не по джентельменски, я сам не знаю, зачем мне такое надо было - старикан так добродушно разговаривает со мной, что невольно доверяешь ему. На это я и купилась при знакомстве.
-Зачем тебе сдалась эта раскрашенная кукла?- спросила я с не особой охотой.
-Понимаешь, я тебя никогда не воспринимал женщиной. Думаю, Лидочка уже большая, чтобы сделать дальнейший вывод.
Издевается, мразь. Лезет мне под шкуру.
Вокруг мигом стемнело, мрак навис тягостной массой, лишь яркий квадрат, медленно обращающийся в ослепительное белое пятно. В этот раз свет не обжигающий, но ужасает. Чувствую слияние с ним, становлюсь его частью. Ни единого звука, лишь белесый вакуум, настигающий меня.
***
Песочные часы больше половины закончили один цикл. Древнее изобретение находится на белом столе. В узком помещении, то есть в школьном медицинском кабинете сидит Дима по левую сторону от стола, напротив - психолог Елизавета.
Слегка загорелая брюнетка с короткой стрижкой. Тридцатилетняя женщина умело подчёркивает достоинства своей фигуры, скрывая широкие бёдра и маленькую грудь. Одета отнюдь не в рабочую форму- чёрные туфли на низких каблуках, серая юбка до колен и блузка того же цвета с небольшим вырезом на груди. В глазах читается кокетка, но лицо выражает саму деловитость. Ум и красота идеально сочетаются в ней, так говорят многие, но искренней всего самые близкие люди.
Сейчас психолог с энтузиазмом и стремлением помочь почти час проводит сеанс психотерапии с очередным клиентом.
-Так вот, буду вести диалог с тобой наравне, как с взрослым человеком, раз тебе не нравиться как с ребёнком. Если не поймёшь меня, только намекни, тут же перестану. Начнём. У почти любого индивидуума есть друзья, есть враги. Когда нет никого, люди ищут новых знакомств. Допустим, человек находит этого заветного друга по счастью или несчастью. У него появляется одно из того, ради чего стоит жить. Вдруг наступает момент, когда лучший друг или даже друзья становятся врагами. Надеюсь, понятно выражаюсь?
-Конечно, продолжайте- сказал Дима.
Диалог длится уже минут пятьдесят, сорок из которых занимают речи психолога, однако, мальчишка слушает внимательно.
-Так вот. Если же человек всё-таки не находит ни друзей, ни врагов, то ищет альтернативы. Кто-то уходит в виртуальную жизнь по ту сторону монитора, другие же уходят с головой в искусство. Так же есть меньшинство, которое придумывает себе друзей, почти что в прямом смысле. Рано или поздно любые друзья могут стать врагами, такие придуманные товарищи не исключение.
-Я вас понимаю. Мне это тяжело думать об этом. Не верю до конца, но понимаю что это возможно.
-Ничего в этом страшного нет. Ты молодец, просто не нашёл себе хороших друзей. Не обижайся, но ты призрак в школе, тебя никто не замечает. Однако поверь, это не лучше чем к тебе наблюдалась пристальное внимание, тем более со стороны врагов.
-Нам учитель по физике постоянно говорит, что всё относительно. Мне кажется, я один понимаю эту фразу.
-Видно, что ты умный мальчик. Так вот. Время окончено, вижу ты понял меня и не будешь отвергать сеансы. На сегодня хватит, завтра поговорим подробней, не опаздывай. До свидания, Дима, приятного вечера.
-Счастливо, до завтра.
Дима, не закрыв двери кабинета, ракетой спустился на самый нижний этаж и сел на подоконник. Пустой коридор с зелёными стенами и новым линолеумом, где-то в отдалении переговариваются охранник с пожилой вахтёршой.
«И так хреново, ещё погода грустная»,- подумал мальчишка.
Заметно стемнело. Тучи свинцовой массой закрыли синее небо. Дожди медленно, но верно заливают каждые закоулки города. За окном одинокий увядший парк ждёт лучших времён. Лишь памятник «В честь победы в Великой Отечественной войне», в схождении всех аллей гордо стоит посреди этого мира грёз- танк Т-34 со слегка возвышенной передней частью.
«Почему все говорят, что у них депрессия? Есть только настроение - хорошее и плохое. В любом случае надо быть весёлым, спокойным хотя бы что ли. Помню, один дядя мне сказал: когда другие видят кресты, ты сынок, видишь могилы. Никогда не пойму эту фразу до конца»
-Здорова, Дима. Где наши деньги?
Он беспокойно спрыгнул с подоконника.
-Вы ничего мне не сделаете, если я сам этого не захочу.
Лицо ухмыляющегося главаря переменилось на серьёзное:
-Ну ладно, сам напросился. В следующий раз жду денег, не испытывай моё терпение.
Все трое испарились в воздухе.
«Ого, это точно мне кажется. Такого не бывает»
Хохлацкий голос гордого охранника:
-Ты чего домой не идёшь? Брысь отсюда, через пять минут школу закроют.
Гера- знаменитая личность в школе. Среднего роста худоватый украинец, позитивный, но временами злой да безобразия. Кто-то из учеников называют его «Бегунок», старшеклассники- «Шкаф». Охранник везде и всюду появляется, причём всегда вовремя. Как случится маломальский конфликт или хулиганства, он тут как тут, по его мнению. На самом деле Гера не устраняет и половины беспорядков. Он не знает, что например, детишки на переменах в уборной проламывают кулаками стены с пластиковой обивкой или там же курят «Бонд».
Дима ничего не ответив, приближается к выходу.
-Тут ещё кто-то остался? Я слышал твой разговор с кем-то.
-Мысли вслух - сказал Дима, повернувшись к охраннику лицом, фальшиво улыбаясь.
***
Жутко холодно, но только не мне. Мимо проходят люди в тёплых одеждах, закрывают лицо от ветра. Не самое страшное, что могло случиться за последние несколько дней. Я стою у крыльца школы. Не помню что случилось дома и побудило направиться сюда, какое-то одно видение, знаю отчётливо- с Димой могут сделать что угодно. Голова раскалывается, глаза болят и будто сейчас выскочат из орбит, сердце словно разрывается на части. Лёгкая осенняя куртка и широкие джинсы, на ногах потрёпанные кроссовки, под курткой тонкая майка- когда собиралась на улицу, явно не думала о погоде.
Не меньше часа здесь, наверняка почти два. Держи себя в руках, никто тебя не пустит в школу. А если они все за одно? Нельзя упускать такого варианта.
Адреналин, поступивший в кровь, уносит меня к входу в учебное заведение. Продлилось это недолго, неожиданно открывшаяся дверь вынудила отшагнуть назад.
-Опять меня пугаешь. Что они с тобой сделали?
Несколько секунд Дима смотрит с удивлением, сменившимся отстранённостью в выражении лица.
-Что тут делаешь?
-Не меняй тему! Расскажи всё как есть.
-Бесполезно тебе рассказывать, начнёшь раздувать с оценками проблема, учусь плохо.
-Как хочешь, тебе же хуже. Как ты этого не понимаешь? Он промолчал и направился в сторону дома через парк. Дима не психанул, просто теперь идёт впереди меня всю дорогу.
Ни шёпота, ни щелчков, без них звуки города кажутся тишиной. Забавно, ко всему можно привыкнуть. На душе стало ещё поганей, полнейшая апатия ко всему происходящему. Неужели моя жизнь стала настолько уныла, что без угроз козлов мир видится серым?
А ведь всё правильно. Сынок не стал говорить о моём завихрении мозга, значит я не свихнулась.
Снова перед глазами покадровый показ: Дима медленно переступает с ноги на ногу, деревья неторопливо колышутся, машины с издёвкой заторможено проезжают по магистрали. Ни единого звука, кроме еле заметного звона в ушах.
Ещё они не велели рассказывать случившееся дома сыну, я не приняла их условие, вот и устроили частичную амнезию. Совсем исчезло из памяти, что произошло в квартире.
Подъезд пугает меня. Ужас перед злом, которое таится за дверью на восьмом этаже по правую руку. Ключ замка проворачивается целую вечность.
Самое мерзкое, когда опасения воплощаются с удвоенной силой. Голоса в моей голове пытаются меня свести с ума. Ничего не остаётся как сидеть, ожидая непонятно чего. Бьюсь затылком о спинку кресла, хоть как-то отвлекусь.
Они смеются надо мною, суки. Бесконечное обилие грязи:
«Ты в наших рукахмы не дадим тебе покояшлюха! Шлюха!... а ты ведь ничего не можешь сделать большего не достойна мы твой главный и единственный кошмар ты нам ничего не сделаешь мы знаем твои мысли, хочешь попасть к нам на девятый этаж? Но ты знаешь, это чревато последствиямибеззащитная сучка!»
«Заткнитесь сволочи»,- сама удивилась такому яростному, сквозь зубы, высказыванию. Не узнаю себя, сама не ведаю чего творю. Сынуля сидит рядом со мной на диване, думая о чём-то.
-Дима, давай тебе почитаю.
-Зачем?- со скрываемым, но заметным недовольством поинтересовался сынок.
-Мне заняться нечем. Да ты же сам знаешь! Слышишь ведь их шёпот!.. вот козлы, они меня настраивают такое говорить. Извини сынок, это не я сказала.
-Понятно, читай если хочешь, я буду слушать- не могу понять его эмоций, выглядят подделкой. Даже в глаза мне не смотрит, знает всё прекрасно, запугали бедного.
Телевизор показывает помехи, надо проверить антенну на крыше, завтра. Неет, пытаются меня вынудить нарушить их правила. Хотят, чтобы я поднялась к ним наверх. Завтра увидим.
Сходив в малую комнату, я прихватила с полки маленькую красную книжонку стихов Пушкина.
«Мечты, мечты
Где ваша сладость?
Где ты, где ты
Ночная радость?..»
-Они злорадствуют. Неужели, ты их не слышишь?! Противные голоса, говорят гадкие вещи. Скажи мне, ты их слышишь? Козлы не запретили рассказать.
-Не слышу, честно.
«Любовь, любовь,
Внемли моленья:
Пошли мне вновь
Свои виденья»
Читаю как молитву, становится легче, но голоса не стихают.
-Гады, сволочи. Что вам надо?
-Мама! Хватит орать, нету никого- недовольное высказывание, сменившееся пустотой в выражении лица.
«И поутру,
Вновь упоенный,
Пускай умру
Непобежденный»
-Извини меня. Я бывает, разговариваю не своим голосом. Нам нельзя спать, ни в коем случае.
-Не спи, мне только не мешай. Я буду спать, мне не запретишь.
Бедный мальчишка, совсем его запугали. Потухший взгляд, боится посмотреть на меня. На кухню, только туда им не добраться. Пока Дима ужинает, есть время подумать.
***
Тюли на кухне занавешены. В раковине гора не мытой посуды ожидает своей хозяйки. Женщина в домашнем халате с безумными и красноватыми широко открытыми глазами, с тёмными кругами под ними, ходит из угла в угол помещения, теребя пальцы рук. За столом, свесив голову над кружкой чая сидит мальчик в брюках и белой футболке.
-Я же знаю, что ты сюда подсыпала. Смесь «бодрячок» или ещё чего хуже, например ядовитого. Я выпью это, но после тебя. Я ведь знаю, если это яд, то не выпьешь первой, вдруг не стану.
-Да, «Бодрячок». Послушай меня хотя бы один раз, хочу как лучше. Смотри, я пью первой из твоей кружки.
-Выпью свою отраву в комнате, в кресле. Не торопи меня.
Дима ушёл в комнату с чашкой, Лидия последовала за ним. Он втихаря вылил смесь на кресло. Думаю, дорогой читатель, вы соизволили бы поступить так же. Банально, представьте себя в этой ситуации. У каждого своё мнение и принципы, и Дима врятли побоялся выпить сомнительную жидкость. Кстати говоря, «Бодрячок»- одно из самых дешёвых и довольно старых средств для стимуляции безостановочной деятельности. Лида около года назад купила этот порошок в ближайшей аптеке. Лидия не помнит, зачем она купила «Бодрячок», события прошлого.
Пустота- одним словом можно определить состояние Димы. Сидит в кресле, уставившись в одну точку, через пару минут в другую, и так далее. Его не истязают вопросы насчёт, мягко говоря, странности в поведении матери. Мозг человека могут сразу волновать десятки, даже сотни проблем. Есть одна мысль, которая с лёгкостью затмевает все иные в миллиардных нейронах за корой головного мозга. Она не даёт другим расти во что-то большее. Как вирус, одна идея пожирает другие, делает их кажущимися бессмысленными.
Продолжительно следив за сыном, сама не хотев, Лидия впала в недолгую кому.
«Паукипаукиужас»,- последние мысли женщины. Сон окутал её своими объятиями.
«День 5. 7 октября»
Человек в белом смокинге и белой шляпе. Стрижка «под ноль», ростом почти на две головы выше меня, больше двух метров однако. Из верхнего кармана пиджака торчала красная роза. Смущают две детали. Цветок выглядел не живым, слишком геометрически правильный, как и костюм на мужчине. Не объяснить даже самой себе, просто знаю что это так. Второе обстоятельство, которое насторожило- его правый глаз. Никак не припомню, кажется в него что-то вставлено, вроде широкое пенсне нет, нет, никакого чёртова пенсне, не помню. Всё что осталось в памяти- вокруг бесконечное белое пространство и мужчина в светлом костюме.
Не может быть. Как такое могло случиться? Проклятые пять часов сорок шесть минут утра. Уснула, уму не постижимо, какая же дура! Стоп, дело рук козлов сверху, сволочи могут залезть мне в голову, наверняка.
«Сынок! Ты здесь?!»,- оглядываясь по сторонам, я его не увидела.
Обнаружила его в малой комнате. Дима лежит в своей кровати на спине, уставившись в потолок.
-Я всю ночь бредил, постоянно то засыпал, то просыпался. Не получается забыть кое-что. Скажи мне, мама, что хуже: страх перед тем, что будет или осознание того, что что-то страшное уже случилось и ты понимаешь, что это останется с тобой? Можно справиться с прошлым и изменить настоящее, только забыть очень сложно.
-Димочка, порой страшно тебя слышать, ты слишком умный не по годам. Сейчас я не понимаю, что ты хочешь сказать.
-Есть тайна. Будет первой тайной, открытой тебе. Около пяти лет назад я встретил его, моего лучшего друга. Он познакомил со своими двумя приятелями. Года через четыре мы поссорились, с тех пор они всегда хотят меня избить. У них только ничего не получается, недавно я понял почему.
-Из-за чего поругались? Не верю, что до сих пор не знала про твоих друзей.
-Шучу конечно, реакция интересна- Дима резко перевёл взгляд на меня, встал с кровати и начал готовиться к школе.
Передо мной как случайно вырезанные кадры из фильма. Я ушла на кухню, пытаюсь возобновить утерянные воспоминания о прошедших сновидениях, сидя на стуле: «Красная, сравнительно небольшая планета вдалеке от солнечных систем, помню отчётливо, но что-то освещает её поверхность. На поверхности вроде как стеклянные возвышения слишком правильной угловатой формы.
Образ сменился на мужа. Наблюдает за мной, стоя во весь рост за стеклом, находясь в белой комнате. Коротко стриженный двадцатилетний мальчишка. Ещё совсем пацан, полюбился мне именно поэтому, не успел превратиться в размеренного и серьёзного дядьку, однако сволочизм прививается раньше. Красивые же глаза у него, наравне с Эван МакГрегором, незабываемые.
Прошло мгновенье, нахожусь в той самой белой комнате. Я вздрогнула, когда муж возник из неоткуда на расстоянии ладони. Запомнились испытанные эмоции: знакомое безразличие, не чувствую абсолютно ничего к Александру. Тот дурак улыбается и молчит, смотрит прямо в глаза. Примечателен один факт, что мужинёк за стеклом и внутри помещения кажется, глупо конечно, будто два разных человека.»
Самая долгая неделя в моей жизни, наверняка. Впереди выходные, бессмысленные как мои сны. Не помню, когда перестала отличать их от будней.
Дима почти собрался в школу, осталось натянуть обувь. Очередной кадр перед взором- близко приблизился тот лысый, со странным глазом, человек. Он угрожающе крикнул: «Не пускай его в школу! Ты поняла!». Я взбудоражено говорю Диме:
-Сынуля, не иди в школу. Я же знаю, тебе там плохо.
Молчит, выражая почти незаметное напряжение.
-Не злись, пытаюсь помочь. Послушай меня, в конце концов!
-Не хочу слышать бред- тихо и отрывисто ответил он.
-Я была на их планете. Козлы всё рассказали, помню только отрывками.
-Не мешай мне учиться, пожалуйста! Пожалуйста!
-Наверно, не так выразилась. Да что я буду объяснятся! Если нравится такая жизнь, чёрт с тобой!- прорычала не своим голосом.- Опять они, сволочи, эта проститутка подключается ко мне.
-Ещё раз подобная выходка и я вызываю скорую- решительность в изменившемся лице.
Грустно потерпеть поражение в споре, оказавшимся безрезультатным по сути, Дима убежал в школу. На балконе холодно до неконтролируемой дрожи. Дальний берег озера полностью покрылся ярко- оранжевой переливающейся стеной, пожар остановить не под силу никому. Как прекрасно, не каждый день такое увидишь. Городской канал наверное пестрит новостями о случившемся.
В голове голос Александра Васильева:
«Сколько все это продлится... целый день дождь...
В воздухе тают осколки разбитой посуды...»
Пошёл к чёрту! Рискну открыть огромный глаз, имя которого Телевизор.
Элвис Прэсли на музыкальном канале заряжает многомиллионную аудиторию духом блюза. Я уважаю любую музыку, сделанную от сердца, отличие от фальшивки не передать словами. Самой смешно, в детстве увлекалась игрой на аккордеоне.
«Мне кажется, я.»,- гадкая песня не уходит из памяти.
Осторожно присаживаюсь на диван, голос Короля блюза начал стихать и через пол минуты сменился шептанием нескольких людей. Стены покрылись кусками света, те же обрывистые лучи. Голос ихнего, по-видимому, главаря:
-Знаешь что это?- спросил тот с издёвкой.
-Предполагаю, ваши глаза.
-Знал, что ты догадаешься. Мы ото всюду следим: в ванне, когда ты моешься, когда ты в туалете. Тело, натянутое на тебя, веет воспоминаниями о сексапильной шлюхе.
-Мразь! Мразь! Мразь! Ничтожная скотина, сам себе роешь могилу!
-Лучше помолчи- довольный, но нервничающий голос.
-Убью тебя! Убью!
-Знаешь что Лид
-Козлина грёбаная, сожгу тебя, закопаю! Мразь!
-Мы забрали твоего сына! Он у нас!- оглушительный кричащий возглас заставил меня замолкнуть.
-Если будешь хорошо себя вести, обязательно его вернём. Однако, ничего не обещаю- злорадствующее промолвил козёл и расхохотался во всё горло.
Смех стихает, вскоре слышен где-то издалека, вовсе исчез. Элвис Прэсли снова запел, уже другую песню. Не знаю почему, но я уверовала, что с моим мальчиком всё в порядке.
Появилась нужда навестить уборную, от страха пади, какой прям страшный козёл. Я рассмеялась как сволочь, недавно разговарившая со мной. Противно от самой себя, дёргаюсь в конвульсиях как нервно больная.
Хмм может и управлять могут мною, пищевод включают по расписанию, хотя чушь, глупее не придумаешь. А почему и нет? Чёрт их знает, на что способны. Что же, Лидия, в путь! Хохот с новой силой выплёскивается изо рта.
«Карты легли на такую наклонную плоскость,
Что мне удержаться не просто на тормозах».
Спустя минут десять ухожу на кухню и выглядываю в окно: дворовое футбольное поле пустует. Железный сетчатый забор сплошь и рядом в дырах. Местные мальчишки проделывают их для более быстрого доступа к полю. Хотя нет, всего лишь миф. Металл сдают местные алкоголики и наркоманы. Или нищие, да без разницы, те же люди, опустившееся как синявки и шныряющиеся, на одно лицо. Изогнутые качели вообще нечто. На следующий день, когда их поставили, уже стали такими, кто-то усердно хотел подзаработать на сдаче халявного железа. Пару лет назад на месте футбольного поля, усыпанного щебёнкой, возвышалась большая деревянная избушка- излюбленное место местной малышни и подростков. В один прекрасный солнечный день избушку сожгли местные начальники.
«Как кто-то летает кругами над детской площадкой
Весь начиненный взрывчаткой»- приелась же, сука.
Серые дома, серый двор, серые люди, машины, небо- унылая пора, правда действует расслабляющее, вижу сие безобразие и становится легче. Ближайшая местность напоминает музыкальный клип, я с Димой видела его по телевизору, мне клип не понравился, сын был в восторге. Исполнитель, как мне позже сказал Дима, Aphex Twin, название оканчивается на daddy.
Почему?! Мне нельзя тут находиться, сын может быть в опасности!
Под маленькой квадратной крышей у входа в подъезд болтают двое или трое детей. Один из них, мальчуган со старым портфелем на плечах, убегает прочь, другой кричит: «Стой!». Убегающий удивительно похож на Диму, а кричавший голосом на его товарища Владика. Двое мальчиков без ранцев бегут за третьим, всё трое примерно одного возраста. На сердце стало непривычно тяжко, голова закружилась, кричу:
«Дима! Отстаньте от него!»
Трое уже давно скрылись по правую сторону, за углом дома. Спотыкаясь, выбегаю на балкон. Голова кружится, не щадя. Сына среди серых закоулков увидеть не удалось. Я попятилась спиной назад, чуть не упала в обморок. Ударив себя несколько раз по щёчинам, беспокойно убегаю из дома в поисках Димы, в халате, надев лишь поношенные тапки.
***
-Я ждала тебя. До последнего верила, что не пропустишь сеанс. Молодец, что пришёл- сказала Елизавета Александровна, стоя у окна в крохотном медицинском кабинете школы. -Здравствуй.
-Здрасьте. Мне пришлось задержаться. Хочу вам рассказать по скорей.
-Не будем торопиться. Давай для начала сядем, можно на кушетку, там по мягче- добродушная улыбка расплылась по лицу женщины, когда та повернулась. Дима неуклюже свалился на мягкое сидение.
-Они приходили ко мне, они
-Больше всего я уважаю порядок. Одно событие должно идти впереди перед другим. Ясно выражаюсь?
-Сначала дайте мне досказать. Извините, но я вас не перебивал.
-Извини, продолжай- промолвила она, взяла стул рядом со столом и быстро уселась, положив ладони другу на друга у правого колена.
-Они застали меня на лестнице, как раз шёл к вам. Всё было так: до сеанса оставалось двадцать минут. Я, не торопясь, шёл по лестнице. Придумал даже игру- один шаг вперёд, два назад. Увлёкся игрой и не заметил их, они стояли на самой нижней ступени. Интуиция подсказала мне и я повернулся.
-Ты уверен, что интуиция? Дима, заранее ведь знал о том, что хулиганы сзади? То есть мальчишки, недруги.
Брови Димы приподнялись по бокам и слегка свелись у переносицы. Со сдерживаемым гневом мальчишка продолжил:
-Не важно. Я увидел их внизу лестницы. Главный сказал, чтобы я спустился к ним. Сильно тряслись ноги, не знаю почему. Ступень за ступенью спускаюсь к ним.
-С тобой всегда разговаривает только главный?- лицо психолога выражает сосредоточенность.
-Не мешайте мне, пожалуйста. Пожалуйста!- Дима полон решительности и недовольства.
Елизавета плавно поднялась со стула:
-Извини, больше не помешаю. Не выпьешь чаю?
-Я не против. Мне полторы чайной ложки.
Уголок рта женщины на секунду приподнялся.
-Интересно, почему ты не отказался? Ладно, не могу избавиться от привычки перебивать людей на самом интригующем месте- непродолжительная натянутая улыбка.
Электрочайник включился лёгким движением указательного пальца, который спустя секунду указал на Диму:
-Всё-таки ты взрослый мальчик.
-Ближе к ним мне было сильно страшно, я не смог это контролировать. Главный спросил, где якобы их деньги. Я их послал, не грубо, сказал более менее добрее. Тот ударил меня по животу, потом зарядил мне по уху. Очень странно, раньше такого не было. Они пытались ударить до этого, у них не получалось. Сейчас мне стало больно, они смогли меня ударить. Я боюсь, страшно по-настоящему, боюсь идти один. Видите красное ухо? Я не вру- Дима взялся руками за голову, будто та у него невыносимо болит, упёршись локтями на колени.
Женщина всё это время не спеша ходила из угла в угол, скрестив руки на груди.
-Отличная погодка, не правда ли? В мрачном виде за окном есть прекрасное. Ты ведь пытался скрыть страх перед ними, верно?
-Ну и что?- гримаса, означающая, мол что тут такого.
-В следующий раз попробуй не обращать на них внимания. Точно тебе говорю, реакция поразит до глубины души.
Щёлкнула кнопка чайника, вставшая на значке выключения. Дима представил официанта, сказавшего « Обед подан» и сделавшего одинарный щелчок пальцами, возвышая руку в такт над головой.
Елизавета Александровна начала разливать чай по кружкам:
-Сколько тебе ложек? Напомни- спросила она.
-Одну с половиной, не больше. Я попробую ваш вариант, едва ли поможет только.
Психолог высказала свою речь, при этом держа в правой руке чашку чая и жестикулируя левой:
-Поставь себе цель и добейся. Малыш кричит, чтобы его накормили и поменяли подгузники. Установление контакта с людьми основано на воздействии, всё это методы воздействия. Можно заставить другого человека делать все наши указания. Можно и самого себя настроить на нужный лад силой воздействия.
Психолог глотнула чаю и продолжила:
-Помнишь про теорию относительности? При последующем их появлении вспомни о ней. Выпей чаю пока совсем не остыл.
Эмоциональность в речи Елизаветы внушает воодушевление. Она протянула полную до краёв посуду мальчику.
-Говорю же, попробую, не отказываюсь.
-Пропишу тебе таблетки, они успокаивают и помогают заснуть.
-Не надо, никогда их не пью и не собираюсь- протянутая вперёд ладонь мальчишки, а-ля «стоп машина».
-Отказываешься от помощи. Уже взрослый мальчик, не малолетний слюнтяй. Я говорю серьёзно, со взрослым человеком.
-Значит могу решать сам. Я не буду пить таблетки, потому чт
-Я из-за не недостатка общения консультирую тебя- сказала она саркастично.- Правилева Елизавета Александровна твой лечащий врач. Не хочешь помощи? Пожалуйста. Хочешь? Пожалуйста.
Дима залпом проглотил ещё обжигающий напиток:
-До встречи, Елизавета Александровна- протараторил он и покинул помещение, машинально хлопнув дверью.
Елизавета неохотно рассказывает о своей судьбе, слишком простой кажется её жизнь, большинство не отрицают сей факт: счастливое детство в семье между низшим и средним классом, школа и университет на отлично, перспективная работа в научной сфере, любящий муж, сын и дочь, частый отдых за границей- ничего особенного, лишь жизнь, кото-рой можно позавидовать. Чуть менее четырёх лет она занимается психологией, помогает научиться жить детям и взрослым. Елизавету Александровну часто благодарят пациенты за помощь, среди них у женщины много друзей и хороших знакомых. В разгар лета в текущем году у неё взяли интервью, её спросили что-то наподобие в одном из вопросов: «какая ваша цель в жизни и зачем вы помогаете людям?». Она ответила коротко: «я живу в своё удовольствие».
Женщина до конца опустошила кружку и широко улыбается, глядя в окно. Транспортный поток выстроился в одну линию, авария где-то вдали способствовала появлению дорожной пробки. Огромные капли как поток машин слились в ливень, безбожно заливающий всё подряд. Светила вовсе не видать, бесконечные тучи будто проглотили его. Ветер нагло дует, часто меняя направление. С деревьев слетают отломанные ветви. На глазах у Елизаветы огромный дуб обломался посреди ствола, трещина медленно расползлась и гигант грохнулся на бронзовый танк посреди парка.
«Красотище»,- прошептала женщина.
***
Сына поблизости найти не удалось. Даже расспросила людей, потенциально видевших трое мальчишек. Некоторые подтверждали побег мальчишки с рюкзаком от двух других. Ситуация настолько незаметна, что люди не могли подсказать, в какую строну побежали трое. С каждой минутой тревога увеличивается в геометрической прогрессии. Большинство шарахаются при встрече со мной: «С ума сошла ты чего, баба?.. вам не холодно?.. хрена себе, не простынь».
Меньшинство понимало с первого взгляда, что у меня случилась неприятность: «Ищете кого то?.. что у вас случилось?..».
Слёзы наворачиваются, безысходность выжимает из меня последние капли. Ужас спутал сознание. Я бреду, не ведая куда. Вспомнила! Лысый урод в костюме обещал забрать сына. Он нарочно оставил воспоминания в глубинах извилин. Одноглазая мразь! Хотел моих мучений, сдержал обещание. Зачем ему?
Отчаяние стало единственным, что испытываю. Нахожусь в городском лесу. Вот чёрт, дошла на конец города и не заметила. Проклятый текст снова всплывает в мыслях:
«Тянутся долго и долго секунды...
Тянутся долго секунды».
Обратно топать часа два, как минимум.
«Это все, что мы сделали здесь друг для друга,
Все пытаясь уйти навсегда из проклятого круга»
В подростковые годы такие дальние прогулки в одиночестве считала нормальным. Бывшая подруга рассказывала, наверно лет пять назад: одна её знакомая нарвалась на маньяка в лесу. Тот запер девушку в гараже, в подполе. Половая деталь гаража на часть покрыта толстым стеклом, идеальный шумоизолятор. Стеклянный пол как раз над ямой, где девушка находилась под заключением девять дней. Стены были покрашены свежей Эмалью. Маньяк пару раз появлялся в гараже, наблюдал за ней, ждал пока сдохнет. Страшно, до жути. История стара, неизвестно как девушка сбежала, подробности потерялись в многочисленных пересказах людей друг другу.
Начал накрапывать дождь, спешка не помешает. Время пролетело так же быстро, схожие негативные мысли не отпустят меня.
Хуже некуда- наивное утверждение. Стало в разы хуже, когда Димы не оказалось дома. Должен вернуться максимум час назад. На телефонные звонки не отвечает, мобильник отключен. Сломя голову, спускаюсь на первый этаж и выбегаю на улицу. Дождь хлынул с огромной силой.
«Дима, где ты?! Сволочи! За что вы, гады?!»
-Вы кого ищете- спросил какой-то порядочный мужчина в очках.
-Не твой дело! Козлы забрали Диму к себе!
Мужчина ошеломлённо сгинул прочь.
Люди смотрят в окна, чтобы поглазеть на моё горе. Щебёнка забивается в тапки, стою в луже посреди спортивного ограждения, промокшая до последней нитки.
« Что вам надо?! Верните сына! Чего вы хотите?! Всё отдам!»
***
«Лучше пережду ливень»- подумал Дима. «Аккумулятор разрядился, время можно узнать только внизу на настенных часах рядом с охранником. Все ушли кроме меня и его, нас двое. Выпроводит домой, если увидит»,- размышлял он, выходя из уборной.
«Эх, горько вспоминать о них. Появиться могут в любую минуту. Нет уж, наполовину они реальные, духи мёртвых или со сверхъестественными способностями. Холодный подоконник не прибавляет радости».
Между этажами, ниже мальчишки, появились они. Дима не сразу заметил их присутствие.
-Давно не виделись. Димон, самоубийца что ли? Мазохист? Решил нас подождать?
-Пошёл нахрен!
Трое медлительно поднимаются наверх, к холодному изрисованному подоконнику:
-Ты стал бесстрашным (шаг выше), ты стал уверенным( два шага выше), тебе конец( пять скорых шагов).
-Говорю же, пошёл нахрен!- свирепо крикнул мальчик и пнул, что есть мочи, главарю в живот левой ногой.
Кряхтение врага длилось недолго, ограничившись промежутком времени скатывания кубарем с лестницы и смачным ударом головой об батарею. Ни капли крови, без всяких признаков насилия, главарь прилёг вздремнуть. Двое «поддакивал» разбежались с разные стороны. Дима, испугавшись содеянного, стрелой полетел на первый этаж. Ему повезло, что Гера отлучился с поста, иначе может доконать расспросами.
Бегом сквозь холодный циклон. На дороге, рядом со своим домом, Дима встретил двух одноклассниц. Одна из них, рыжая длинноволосая отличница, первой вывела его на диалог:
-Дима, тебя там мама ищет. Кажется, она тебя потеряла, -сказала Ксения и заулыбалась, словно узрев какую-то пошлость.
-Где она?- удивлённо спросил Дима.
Подруга отличницы, полуготичная девочка, слегка щерилась. «Тупые же дуры», -подумал мальчишка.
-Во дворе- не сразу ответила Ксения, явно с издёвкой.
Дима представил, как мать бегает по двору и кричит его имя.
Он едва ли не бежал во двор. Лида стояла посреди футбольного поля. Мама ему показалось беззащитной. При её росте в метр шестьдесят, сейчас женщина похожа на маленькую девочку, промокшую до нитки и потерявшую родителей на улице.
Дима, машинально сдерживая слёзы, рванул к ней:
-Мама, совсем больная!- сказал он и медленно повёл Лидию к подъезду, положив руки на её плечи.
Он заметил, что за ними увязались четверо или пятеро старшеклассников. Те зашли после них в десятиэтажное здание. Поднимаясь по лестнице, мальчишка обернулся: несколько человек выглядывают чуть ниже первого этажа из-за стенки.
«Наделала шума, какой позор»,- мысленно проворчал он.
Шоу окончилось, сын с матерью вошли в лифт.
Лидию трясло, слёзы текли нескончаемыми ручьями, вокруг глаз сплошная краснота. С дрожащими губами произнесла:
-Где ты был?
-В школе! Где же ещё?- снова скрываемая ярость в лице.
-Ты всё врёшь!
-Не ожидал, что болезнь доведёт до такого, раньше ни разу не было подобного.
Воцарилось молчание.
В домашних условиях Лида заметно успокоилась.
-Выпей воды- Дима протянул кружку с горячей жидкостью, присев рядом на диване.
-Чего ты боишься? Мы должны быть вместе. Ты ничего не должен скрывать от меня. Мы должны держаться вместе.
-Как ты не поймёшь, это болезнь. Я не верю, что сама не осознаёшь бред, который говоришь.
-Я не отпущу тебя в школу!
-Хорошо, завтра не пойду. Ты меня слышишь? Я не пойду! –согласился Дима, особенно ярко выделив последнюю фразу.
«День 6. 8 октября»
Первая минута субботы. Дома стало гораздо спокойней. Достижение такого стоило мне маломальских усилий. Я занавесила окна, зеркала, телевизор. Теперь-то им будет гораздо сложней добраться до меня. Всё, что возможно, я закрыла по всей квартире тряпками. Сообщу сыну хорошую весть.
-Дима, вставай!- тихо произнесла я, слегка дёргая его за плечо. Он не сразу отвернулся от стенки и посмотрел в мою сторону.- Спешу тебя обрадовать.
Его лицо недовольно скривилось:
-Чего?
-Мы можем с ними побороться.
В полумраке его физиономия выглядит неживой.
-Отстань от меня!- снова отвернулся, намереваясь спать дальше.
-Зачем спать? Я почитаю тебе, отобьёт весь сон.
-Ох, когда это кончится?
-Скоро, развязка близка. Я чувствую это.
Беру несколько книг и журналов из домашней библиотеки. Желаемого от чтения добиться не удалось. Конечно, такое выше всяких похвал! Полнейший бред на страницах, они подменили все книги.
-Они подменили все книги! Стоп, что-то не помню, как свет включила. Ты помнишь?
-Я спал, не знаю- сказал он, так же лёжа, и уставившись на стенку.
-Они включили, чёрт с ними. Их журналы и книги. Молчишь? Молчи, молчи, твоё дело.
Обзор стал тёмным и расплывчатым, время замедлилось. Я увидела как книги, брошенные на пол, очень медленно падают.
-Здравствуй- голос главного козла.
-Пошёл к чёрту!
-Сопротивляешься нам?
-Я тебе обещала, что закопаю. Конец близок.
-Не советую будить его.
Странная монотонность в речи, не похоже на него.
Книги с грохотом ударились об бетонный пол, покрытый пожелтевшим в одном месте и заляпанным линолеумом. Я то знаю, откуда жёлтые пятна. В пять лет Дима боялся ночью ходить по квартире, так что справлял нужду прямо на ковёр. С годами линолеум пропитался. Теперь никогда не отмоется, линолеум не отмоется.
-Сынок сынок!
Крепко уснул. Не притворяется, не стал бы терпеть боль, ведь я достаточно сильно схватила его за бицепс.
Пожалуй, лучший день на неделе. Невероятный прилив сил, однако, слишком нервно себя чувствую. Не получается усидеть на месте, хочется бежать неизвестно от кого, и главное, зачем? От сволочей? Нет, что-то другое. Я кажется поняла, куда хотят унести ноги. Музыка в голове :
«I went around to the side and I peeped through the crack
I saw an old man layin' flat on his back, yeah»
Старый добрый Армстронг. Шагаю на кухню в ритм:
«Now, we found out Mose kicked the bucket
We found out Mose kicked the bucket
We found out Mose kicked the bucket»
Будто там ждёт что-то очень важное для меня. Захотелось смеяться от счастья, когда обнаружила нож на столе. Я взяла его в правую руку. Кровь резко начала капать на пол, стоило мне только коснуться лезвия, голова неприятно закружилась. На минуту я вернулась в прошлое: педофил, которого пырнула в живот. Я до упора воткнула в него клинок, прямо в сердце, удивительное попадание. Он хотел ухватиться за моё плечо правой ладонью, вовремя отступила назад.
Маньяк упал на колени, глаза широкие от удивления, рот приоткрыт. Он схватился руками за рукоять ножа, посмотрел на свою грудь, потом медленно поднял глаза на меня. Уголок его рта приподнялся, кривая усмешка стала последней эмоцией в его жизни. Глаза- единственное, что выдавало в нём нездорового человека. Они дикие у этого маньяка, на них отражалось помешательство на идее, которой не существовало. На несколько секунд представила Никиту вместо чёртова педофила: он улыбался перед смертью, самый счастливый момент в его жизни.
Маньяк завалился вперёд на живот, он одет в чёрную кожаную куртку, расстегнутую нараспашку. Его голова лежит рядом с моими ногами.
Ужасное воспоминание. С самого раннего детства боялась вида крови, несколько раз теряла сознание. После убийства, чёрт, я ведь стала убийцей. После того случая крови бояться перестала. К чертям собачьим маньяка, зачем ворошить прошлое?
***
Дима спит почти сутки, уже два часа дня. Кажется, он умер. Весь побледнел, с каждым часом оттенок кожи становится «более мёртвым». Дима продолжает дышать, но выглядит как смерть. И не пытаюсь разбудить его, козлы не дают этого сделать.
«Мы убьём твоего сына, если сделаешь», -так сволочи мне сказали.
Луи Армстронг, откуда же я тебя помню?
«We believe Mose kicked the bucket
We believe he's dead, oh we believe»
Песня вызывает противоречивые чувства. Облегчение, как гора с плеч, когда вспоминаю мелодию и слова. В то же время появляется необъяснимое чувство страха. Так бывает, в случае преодолевания сложностей, когда идёшь на осознанный риск. Опять же, группа сплин, из подобной оперы, только страха не вызывает, лишь лютая неприязнь. Однако я танцевала под слова Александра Васильева. Нескончаемый поток информации, неизвестно для чего нужной.
Щелчки самое необъяснимое нечто. Наигрывания на пальцах Луи Армстронг:
«I went around to the side and I peeped through the crack
I saw an old man layin' flat on his back, yeah»
Щёлкаю безымянным и большим пальцем правой руки, пытаясь уловить ритм с мелодией:
«We found out Mose kicked the bucket
We found out he's dead, oh»
Начинает проясняться что-то, толком не разобрать что именно.
Показалось, что стены треханулись в момент мощного щелчка на кухне. Кровь стынет в жилах, но любопытство одолевает, отправляюсь в сторону кухни из комнаты Димы. Сумрак за окном нагнетает чёртов страх. Свет везде погас, коридор напоминает чёрную дыру. Мрак словно живое существо. Он движется, можно сказать, чувствую его дыхание.
По памяти переступаю короткими шагами в направлении кухонного помещения. Яркий белый свет в дверном проёме кухни, свечение словно от люминесцентной лампы. Проём огромен, будто я стала меньше ростом. Медленными шагами иду на кухню. Чем ближе к входу, тем ужас быстрее стихает, сменяется облегчением. Светлая пустота вместо кухни.
И вот я здесь, по другую сторону. Стою напротив дверного проёма, передо мной маньяк, смотрю на него снизу вверх. Педофил пожирает меня своим обезумевшим взглядом. Он прикусил нижнюю губу, чуть ухмыляется. Леденящий страх, в висках пульсирует до боли.
Последующее случилось неожиданно, что я неосознанно закричала. Пасть мерзкого безумца резко открылась в невозможной ширине, обжигающий свет тут же вырвался изо рта. Тишина, лишь глухие щелчки где-то в отдалении квартиры. Как же это больно, адовые мучения, далее пустота белесый вакуум.
***
Проснуться можно от громкого звука, от рук человека или лап животного, можно очнуться от землетрясения, иногда внутренний режим является причиной, или от пожара, от резкого запаха, из-за инфаркта, инсульта. Меня разбудила сильная промозглость. Стоит дикий холод, я проснулась на балконном полу. Излишняя свежесть воздуха, холодно как в морге.
С трудом я встала на ноги. Увиденное поразило меня своей красотой. В городе наступила ночь. Полная луна завораживающе освещает поверхность озера. Переливающееся светлая полоса вдоль него уходит далеко, до того берега. Редкие звёзды придают вкус замечательному виду за стеклом. На пляже играет музыка, никто не решается искупаться в ледяной воде. Недалеко от берега плавает деревянная баня, из окон которой излучается жёлтый свет, от избушки словно веет теплом. Всё-таки выходные, после трудовой недели люди собрались в компанию и отдыхают на платном месте отдыха. Руководители пляжа наверняка бесконечно рады клиентам, ведь в осеннее время года с прибылью проблема в подобных «заведениях». Огни города ярко освещают автомагистраль, где необычайно много для столь позднего времени, проезжают автомобили. Стадион не пустеет, подростки ещё играют в футбол, на трибунах сидят потенциальные болельщики. Опять же, необычно большое для вечера, скопление людей. Старые двухэтажки выстроились в ряд на несколько сотен метров, создав эстетичную закономерность.
Какая-то деталь упущена, чего-то не хватает. Прекрасные виды настораживают, подозрительно всё спокойно. А как я здесь оказалась? Помню всё, что произошло до того момента как погрузилась в белую пустоту. Далее совсем ничего. Интересно, сколько времени прошло с того момента, посмотрю на часах. Только повернулась, как чуть не упала назад. Дима стоит у порога балкона:
-Опять не спишь?- спросил он полусонный.
-Мннне, я, я, ты. Чёрт! Что с тобой случилось?
-В каком смысле? Я спал. Ах да, это же опасно для жизни- также полусонно сказал Дима.
-Знаешь ты всё. Они грозились тебя убить.
-Вон чего. Мне только кошмары снились.
-Что тебе снилось?
-Не помню. Знаю, что не получилось проснуться. Самый долгий и кошмарный сон но я его не помню. Странная штука.
-Они поплатятся. Если не я такие сволочи долго не живут. Который час?
-Десятый, двадцать минут.
Подташнивает, пропала чёткость картинки.
-Сволочи, козз
Голова кружится. Кажется, я теряю сознание.
-Мама! Что с
Сплошная темнота перед глазами и всё, будто нахожусь в космосе без звёзд, без планет, без источников света. Как же страшно оказаться одному посреди такого пространства. В космосе время имеет малое значение для человека, можно сказать, понятия времени здесь не существует.
-Не хорошо, Лидия. Убьёшь так себя- сказал он. Голос главного с издевающееся интонацией.
-Нам бесполезно сопротивляться. Если ты сама себя чуть не грохнула, то нам седлать с тобой что угодно не составит труда. Кушай, Лидия, и не спи на морозе, а то тебя признают самоубийцей.
Ублюдок, нет смысла ему отвечать. У меня своё мнение на его слова.
Звукоизоляция на славу, даже сама себя не слышу, даже биения сердца. Бескрайняя чернота, успокаивающая и умиротворяющая







15

Приложенные файлы

  • doc 44664116
    Размер файла: 264 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий